Прозвище Дасти она получила во дворе — за то, что гоняла мяч с мальчишками. С ним она и вошла в историю британской музыки.
Настоящее имя — Мэри Изобел Кэтрин Бернадетт О’Брайен. Родилась 16 апреля 1939 года в лондонском районе Уэст-Хэмпстед.
Дома у них все были помешаны на музыке.
Отец выстукивал ритм у неё на тыльной стороне ладони и предлагал угадать, что за вещь. Она угадывала.
В доме звучали Гершвин, Роджерс и Харт, Коул Портер, оркестры Каунта Бейси, Дюка Эллингтона и Гленна Миллера.
Девочка обожала американский джаз и мечтала петь как Пегги Ли и Джо Стаффорд — низко, спокойно, с той самой ленцой, которой у английских певиц тогда не водилось.
В двенадцать лет она пришла в магазин пластинок в Илинге, где стояла кабинка звукозаписи, и записала себя — старую песню Ирвинга Берлина про полуночный поезд на Алабаму.
Просто чтобы послушать свой голос со стороны.
Во дворе её звали Дасти. За то, что играла в футбол с мальчишками, лазала по заборам и вообще росла пацанкой.
Семья была темпераментная. Позже она вспоминала домашние сцены с летящей едой — и признавалась, что и сама во взрослом возрасте от этой привычки не избавилась.
После школы Мэри стала петь с братом Томом по фолк-клубам. К ним прибился саксофонист, они съездили с программой в Ирландию.
Летом 1957-го брат с сестрой устроились работать в дома отдыха: вечерняя программа, чужой репертуар, публика с чемоданами и детьми.
А в 1958 году она увидела объявление в театральной газете The Stage.
Требовалась третья участница в уже готовое трио The Lana Sisters.
Сёстрами они, разумеется, не были: две девушки собрали номер и искали третью.
Её взяли. И тут началось превращение.
Ей дали сценическое имя Шанн Лана. Она обрезала волосы, сняла очки, всерьёз занялась косметикой и одеждой — и стала «одной из сестёр».
Именно там она научилась главному ремеслу: держать гармонию в трио и работать с микрофоном.
Трио записывалось, выступало на британском телевидении и колесило с концертами по базам американских ВВС в Европе.
В 1960 году она ушла.
Втроём с братом Томом и Решадом Филдом они собрали фолк-поп-трио. Название выбирали на репетиции — в поле, в графстве Сомерсет, весной.
Так появились The Springfields, а Мэри О’Брайен окончательно стала Дасти Спрингфилд.
Трио дважды подряд, в 1961 и 1962 годах, признавали лучшей британской вокальной группой.
Они поехали записываться в Нашвилл, чтобы получилось «по-настоящему по-американски».
А переломил всё случайный вечер в Нью-Йорке: она услышала «Tell Him» группы The Exciters — и поняла, что фолк с гитарами больше её не держит. Ей нужен был ритм-энд-блюз.
Сольная карьера началась в конце 1963-го песней «I Only Want to Be with You». Четвёртое место в британском чарте.
Дальше пошли «Stay Awhile», «I Just Don’t Know What to Do with Myself», «You Don’t Have to Say You Love Me» — первое место в Британии и четвёртое в Америке.
В 1968-м она уехала записываться в Мемфис, к музыкантам, которые играли душу, и сделала альбом Dusty in Memphis с песней «Son of a Preacher Man».
Эта пластинка теперь хранится в Национальном реестре звукозаписи Библиотеки Конгресса США — как культурно значимая.
Её узнавали по силуэту: платиновая башня на голове, чёрные стрелки, вечернее платье, руки, живущие отдельной жизнью.
А начиналось всё с девочки, которую во дворе звали Дасти за футбол с мальчишками.
