В пятнадцать лет он дрался на ринге под чужим именем. О своих боях потом говорил так: «Из двенадцати я выиграл все, кроме одиннадцати».
Дино Пол Крочетти родился 7 июня 1917 года в городе Стьюбенвилл, штат Огайо. Городок был сталелитейный, дымный, с рабочими сменами и заведениями, куда после смены шли играть.
Отец, Гаэтано Крочетти, был парикмахером и приехал в Америку из-под Пескары. Мать, Анджела, вела дом. Говорили в семье на абруццком диалекте, и по-английски мальчик заговорил только в школе, лет в пять.
За акцент над ним смеялись. Ходить туда, где над тобой смеются, желания мало, и учёба не задалась.
Школу он бросил в десятом классе, объяснив дома, что знает больше учителей. Отец, судя по всему, спорить не стал.
Дальше пошли работы, какие были в таком городке в тридцатые. Он развозил бутылки со спиртным, стоял за игровым столом в подпольном казино, крутил рулетку и раздавал карты, потом устроился на сталелитейный завод.
И ходил в спортзал.
На ринг Дино вышел под именем Кид Кроше. Всего у него было двенадцать боёв. Из них он вынес сломанный нос, рассечённую губу и разбитые костяшки пальцев, которые ныли потом годами.
Нос ему позже выпрямили хирурги, а фраза про «выиграл все, кроме одиннадцати» осталась при нём на всю жизнь. Он повторял её десятилетиями, и в этом весь его характер: неудачу он превращал в шутку раньше, чем это успевал сделать кто-то другой.
Петь он начал там же, где работал: между сменами, в заведениях, где стоял его игровой стол. Сначала подпевал оркестру, потом стал выходить как отдельный номер.
И взял себе третье по счёту имя: Дино Мартини, в честь оперного тенора Нино Мартини, которого тогда знала вся Америка.
Расчёт был понятный: фамилия на слуху, публика цепляется за знакомое. Расчёт оказался так себе, потому что сравнения с настоящим Мартини начинались сразу же.
В конце 1940 года его услышал руководитель оркестра Сэмми Уоткинс из Кливленда. Голос ему понравился, а вот имя на афише — нет.
Уоткинс предложил укоротить и переставить: Дин Мартин.
Так за двадцать три года жизни у человека набралось четыре имени. Дино Крочетти, которым его назвали родители. Кид Кроше, под которым его били на ринге. Дино Мартини, под которым он подражал тенору. И Дин Мартин, под которым его узнал весь мир.
Дальше была работа в клубах, потом встреча с Джерри Льюисом и десять лет самого популярного комического дуэта Америки, потом собственное шоу на телевидении, кино, пластинки, миллионы проданных дисков.
Манера, за которую его любили, выросла ровно оттуда, из Стьюбенвилла: человек на сцене никогда не выглядел напряжённым. Он держался так, будто зашёл на минуту и сейчас пойдёт по делам.
Тот, кто в детстве не мог связать двух слов по-английски и получал за это на переменах, к сорока годам стал эталоном непринуждённости.
