Девять лет подряд тёща просила зятя отвезти её на кладбище в соседний район. К могиле с чужой фамилией.
Андрей женился на Свете в две тысячи пятнадцатом. Уже на первое лето Галина Петровна попросила машину.
— Семнадцатого числа съездим? С утра пораньше.
Ехать было сорок минут, в райцентр, где у них никто не жил и никто из родни не был похоронен.
Могила стояла с краю, у забора. Обычная плита, скромная, без фотографии. Фамилия чужая, ни разу в семье не звучавшая.
Тёща доставала из сумки тряпку и бутылку воды, мыла камень, выдёргивала траву вокруг, клала на плиту три карамельки в фантиках и стояла минут двадцать. Молча. Потом говорила: «Всё, поехали», и всю дорогу обратно смотрела в окно.
В первый год Андрей спросил, кто это.
— Хороший человек, — ответила Галина Петровна.
Он спросил ещё раз, через год. Ответ был тот же, слово в слово.
Света на вопросы мужа пожимала плечами:
— Мамина причуда. Она и меня туда не берёт, говорит, сама справлюсь.
Так и ездили. Семнадцатого июля, каждое лето, девять лет подряд.
В этом июне тёща слегла. Давление, скорая, больница, потом дом, палка и запрет ходить дальше подъезда.
Пятнадцатого июля она позвонила зятю сама.
— Андрюш, съезди без меня. Конфеты вот эти купи, карамель. И тряпку возьми, у меня в сумке лежит.
Он поехал. Нашёл плиту, вымыл камень, выдернул траву, положил три карамельки. И только тогда, разогнувшись, прочитал даты.
Родился в пятьдесят первом. Умер семнадцатого июля восемьдесят шестого. Тридцать пять лет.
Семнадцатое июля восемьдесят шестого. В этот день Свете исполнилось шесть.
Андрей стоял у забора и считал, сходится ли. Сходилось.
Домой он вернулся к обеду и сел напротив тёщи.
— Галина Петровна. Что было в тот день?
Она долго молчала, теребя край скатерти. Потом рассказала.
Тем летом они снимали половину дома у реки. Собрались отмечать день рождения, накрыли стол во дворе, взрослые резали салат, дети играли у воды.
Света зашла по колено и провалилась в яму. Течение там било под берег, и её потащило.
Мужчину звали Николай. Он приехал в тот день на рыбалку и стоял выше по берегу, метрах в двадцати. Он вошёл в воду в чём был, дотянулся, вытолкнул девочку к отмели, где её подхватили.
Сам он оттуда не выплыл.
— Мы стояли, — сказала Галина Петровна. — Двенадцать взрослых человек стояло на берегу. А в воду пошёл тот, кто вообще мимо проезжал.
Похороны были через три дня, в его районе. Она приехала одна, встала в стороне, к семье подойти не решилась.
С тех пор она ездит туда семнадцатого июля.
— А почему Свете не сказали? — спросил Андрей.
— А как ей жить с этим? — ответила тёща. — Шесть лет ребёнку было. Она бы всю жизнь считала, что должна.
Андрей думал два дня. Потом рассказал жене.
Света плакала весь вечер, а утром позвонила матери и сказала одну фразу: «В следующем году поедем вместе».
Они и поехали. Втроём, семнадцатого июля, на той же машине.
Возле плиты Света положила не карамельки, а маленький букет полевых цветов. Потом посмотрела на фамилию и сказала:
— Я тут первый раз в жизни. А он тут из-за меня.
Галина Петровна ничего не ответила. Просто взяла дочь под руку и стояла с ней рядом, как стояла до этого девять лет одна.
История основана на реальных жизненных ситуациях. Имена, места и детали изменены.
