Лос-Анджелес, 3 июня 1954 года. В эфире викторина «Ставлю твою жизнь», и ведёт её Граучо Маркс: усы, сигара, брови, которые живут отдельной жизнью. Каждую неделю к нему приходят пары самых обычных людей, болтают с ним о жизни, а потом отвечают на вопросы за деньги.
Сегодня одна из участниц представлена как миссис Лора Ашер. Ей под пятьдесят, держится она легко и охотно смеётся шуткам ведущего. Граучо расспрашивает её о муже, и разговор уходит в домашние мелочи: муж недавно сбросил вес, а ещё он работал над фильмом «Слоновья тропа» с Элизабет Тейлор.
Перед вопросами миссис Ашер просит об одном. Если они с партнёром что-нибудь выиграют, пусть деньги уйдут в фонд помощи работникам кино.
Они отвечают правильно на три вопроса из четырёх. Выигрыш составляет двести пятнадцать долларов.
Сумма небольшая. Но человек, который отдал её киношникам, когда-то был для одной из крупнейших студий Голливуда тем, чем для иной студии бывает её главный актив. Двадцатью пятью годами раньше миссис Лора Ашер была Лорой Ла Плант, самой популярной звездой Universal.
И начиналось всё с объявления в газете.
Сент-Луис и уроки танцев
Она родилась 1 ноября 1904 года в Сент-Луисе, штат Миссури. По документам фамилия писалась слитно: Лаплант. Раздельное, «киношное» написание появится позже.
Отец, Уильям Лаплант, преподавал танцы. Мать звали Элизабет. У Лоры была младшая сестра, Вайолет, которая потом тоже попробует себя в кино, но такой славы, как старшая, не добьётся.
Семья не сложилась. Родители развелись, и мать увезла обеих дочерей на другой конец страны, в Калифорнию, в Сан-Диего. Там Лора и пошла в школу.
Растить девочек матери теперь предстояло одной.
Объявление
Летом, на каникулах, Лору отправили погостить к двоюродной сестре в Голливуд. Кузину звали Мэри Макмэхон. Голливуд тогда был ещё не легендой, а разросшимся пригородом Лос-Анджелеса, где на каждом углу кто-нибудь что-нибудь снимал.
И однажды девочка увидела в газете объявление: для съёмок в кино нужны дети.
Она откликнулась. Её взяли.
Наверное, на этом всё могло бы и закончиться. Летнее приключение, пара съёмочных дней, история, которую потом рассказывают внукам. Но дома, в Сан-Диего, случилась беда, которая повернула всё иначе: мать начала терять слух.
Тут своё слово сказала кузина Мэри. Она уговорила Лору браться за кинороли всерьёз, чтобы помогать семье. Не ради славы, а ради заработка.
Так девочка оказалась статисткой на студии Кристи на Гауэр-стрит. Эл Кристи снимал там короткие комедии, одну за другой, и для них всё время нужны были молодые лица. В пятнадцать лет Лора получила свою первую маленькую роль в такой комедии.
Девушка из вестернов и сериалов
Первые годы были годами черновой работы. Роль в фильме «Старый пруд для купания» в 1921 году привлекла к ней внимание, и вскоре Лора подписала долгосрочный контракт с Universal.
Сначала студия использовала её как всех молоденьких актрис: героиней вестернов и приключенческих картин. В том же 1921 году она снялась в вестерне «Big Town Round-Up» со знаменитым ковбоем Томом Миксом. Потом пошли многосерийные фильмы, которые зрители смотрели неделю за неделей: «Опасности Юкона» в 1922-м, «Вокруг света за восемнадцать дней» в 1923-м. Несколько картин она сделала с ещё одним кумиром ковбойского кино, Хутом Гибсоном.
Сериалы того времени были работой на износ. Скачки, погони, обрывы, похищения. Героиню в конце каждой серии оставляли в смертельной опасности, чтобы через неделю публика пришла узнать, чем всё кончилось.
А в 1923 году случилось событие, которое многие считали пропуском в большое кино.
Малышка WAMPAS
В Голливуде существовала Западная ассоциация рекламщиков кино, сокращённо WAMPAS. Это были люди, которые придумывали студиям афиши, газетные заметки и рекламные кампании. С 1922 года они завели традицию: каждый год выбирать из молодых актрис обычно по тринадцать «малышек-звёзд», тех, у кого, по их мнению, впереди большая карьера.
Девушек представляли публике на специальном балу, и о них потом весь год писали киножурналы. Для начинающей актрисы попасть в такой список значило, что на неё обратили внимание люди, которые решают, кого будет знать страна.
Список 1923 года был всего лишь вторым в истории. И в нём оказалась Лора Ла Плант.
Предсказания WAMPAS сбывались далеко не всегда. Многие «малышки» так и остались в истории одной строчкой этого списка. С Лорой рекламщики не ошиблись. Позже в такой же список попала и её младшая сестра Вайолет.
Королева Universal
Universal в те годы была не просто студией, а целым городом. Ещё в 1915 году Карл Лэммле открыл к северу от Голливуда Юниверсал-Сити, с павильонами, конюшнями, натурными площадками и даже собственной почтой. Там одновременно снимались десятки картин, от ковбойских боевиков до мелодрам, и на этой фабрике кино молодая актриса легко могла затеряться навсегда.
Лора не затерялась. Студия быстро поняла, что эта светловолосая девушка с открытой улыбкой хороша не только верхом на лошади. Настоящее своё амплуа Лора нашла в светских комедиях. Она играла девушку из соседнего дома: живую, остроумную, своенравную, такую, которую зрительница легко примеряла на себя, а зритель хотел бы встретить на соседней улице.
С середины двадцатых её фильмы шли один за другим. В 1925 году вышла драма Кларенса Брауна «Тлеющие угли», где она играла младшую сестру героини, и эту роль часто называют среди её заметных работ. В 1926-м зрители смеялись на комедии «Фрак Скиннера», где её партнёром был Реджинальд Денни.
В том же 1926 году она вышла замуж за режиссёра Уильяма Сейтера.
В декабре 1925 года журнал The Motion Picture Director, издание для профессионалов кино, напечатал её портрет работы голливудского фотографа Мельбурна Сперра. Светлые волосы уложены волной, нитка жемчуга на шее, взгляд через плечо и широкая улыбка.

К концу десятилетия Лора Ла Плант стала тем, кем на Universal до неё не был никто. Почти все её фильмы 1920–1930 годов сняты для этой студии, и всё это время она оставалась самой популярной звездой Universal. Историк кино Уильям Дрю писал об этом так: подобного успеха на студии потом добилась только Дина Дурбин, много лет спустя.
За двадцатые годы Лора снялась больше чем в шестидесяти фильмах. И почти всегда её имя стояло первой строчкой в афише.
Для девушки, которая когда-то пришла по объявлению, чтобы помочь матери, это был путь, о котором и мечтать было страшновато.
Кот и канарейка
Самый знаменитый её фильм появился в 1927 году. И был он совсем не комедией.
Глава Universal Карл Лэммле, сам уроженец Германии, высоко оценил фильм «Кабинет восковых фигур» немецкого режиссёра Пауля Лени. Лэммле понравилось, как Лени смешивает мрачную экспрессионистскую картинку с юмором. Он позвал режиссёра в Голливуд и дал ему бродвейскую пьесу Джона Уилларда «Кот и канарейка».
Сюжет там такой. Миллионер Сайрус Уэст распорядился вскрыть его завещание только через двадцать лет после смерти. В назначенную ночь родственники съезжаются в его старый мрачный особняк. Наследницей оказывается Аннабелла Уэст. Но с условием: врач должен подтвердить, что она в здравом уме. Если нет, наследство переходит другому человеку, имя которого лежит во втором конверте.
Аннабеллу играла Лора Ла Плант.
Дальше начинается ночь, в которую ей, кажется, все хотят помочь сойти с ума. По дому бродит сбежавший безумец, которого зовут Кот. Из стены за изголовьем кровати тянется чья-то рука. Длинные коридоры, развевающиеся занавеси, тени, которые ложатся на лица так, как умели класть их только немцы.
Премьера прошла в Нью-Йорке 9 сентября 1927 года. Фильм хорошо собрал в прокате, критики Variety и The New York Times хвалили режиссуру Лени.
Но настоящее значение картины стало понятно позже. «Кот и канарейка» запустил целый жанр, который потом называли «старым тёмным домом»: наследство, гроза, особняк, полный подозрительных родственников. Историки называют этот фильм краеугольным камнем всей школы ужасов Universal, той самой, что в тридцатые годы подарит миру «Дракулу» и «Франкенштейна». Альфред Хичкок признавался, что эта картина на него повлияла.
А в центре всего этого стояла девушка из Сан-Диего, которую публика привыкла видеть в лёгких комедиях.
Чужой голос
В конце двадцатых кино заговорило. И почти сразу запело.
В 1929 году Universal выпустила «Плавучий театр», экранизацию романа Эдны Фербер о семье, которая держит театр на пароходе, плывущем по Миссисипи. Главную героиню, Магнолию, дочь хозяина плавучего театра, играла Лора Ла Плант.
К тому времени по этому же роману на Бродвее уже с огромным успехом шёл мюзикл, и студия, чтобы не упустить его славу, приставила к фильму звуковой пролог, где песни из спектакля исполняли артисты бродвейской постановки.
Сама картина была частично звуковой. Немые сцены с титрами чередовались в ней с песнями. Героине полагалось петь, причём такие вещи, как спиричуэлс «Deep River».
Только вот пела в фильме не Лора.
За кадром её песни исполняла сопрано Ева Оливетти. Лора открывала рот, а из динамиков звучал другой голос. В титрах этого никто не писал, и зритель о подмене не знал. Это один из самых ранних случаев, когда звезде в кино подставили чужой певческий голос.
Подмена получилась такой убедительной, что сбивала с толку даже профессионалов. Рецензент журнала Time в 1929 году решил, что голос, который будто бы исходит из уст Лоры Ла Плант, принадлежит певице Хелен Морган, выступавшей в прологе фильма. А в некоторых справочниках позже и вовсе написали, что Лора стала первой женщиной, которая запела с экрана. Но в сохранившихся записях и в поздних каталогах фильма стоит другое имя: Ева Оливетти.
Сегодня подставным голосом в мюзиклах никого не удивишь. А тогда, на заре звука, это был фокус, о котором знали только на студии.
Через год Лора снялась в цветном музыкальном ревю «Король джаза». Оно стало её последним фильмом на Universal.
Когда кино заговорило
Звук сократил её карьеру. Не потому, что голос у Лоры был плохой: по отзывам, говорила она приятно. Просто новое кино требовало новых лиц, и студии одну за другой выводили вперёд молодых звёзд, которые пришли сразу в звуковое кино.
В 1931 году она снялась в комедии Warner «Божий дар женщинам». В том же году в вестерне Columbia «Аризона» её партнёром был молодой актёр, которого тогда ещё мало кто знал. Звали его Джон Уэйн.
В 1934 году она развелась с Уильямом Сейтером и вышла замуж за продюсера Ирвинга Ашера. Ашер возглавлял английскую студию Warner Bros., и Лора стала работать в Англии.
Теддингтон и Вест-Энд
Под Лондоном, в Теддингтоне, на берегу Темзы, у Warner была своя студия. В середине тридцатых там как раз пробовали снимать дорогие, солидные картины, не хуже голливудских.
В 1935 году Лора сыграла в комедии «Человек момента» с Дугласом Фэрбенксом-младшим, сыном легендарного Робина Гуда немого кино.
А ещё она вышла на сцену. Лондонский Вест-Энд, театральное сердце британской столицы, увидел её в главной роли в пьесе Иэна Хэя «Адмиралы все». Для актрисы, всю жизнь игравшей перед камерой, это был новый и рискованный опыт: здесь нет второго дубля, а зритель сидит в нескольких метрах.
В те же годы она могла получить роль, которая вернула бы её в первый ряд голливудских звёзд. Когда Мирна Лой задумалась, не уйти ли ей из популярной серии фильмов «Тонкий человек», на её место недолго рассматривали Лору Ла Плант. Но Лой осталась. А карьера Лоры в кино так и не вернулась к прежнему масштабу.
В 1935 году она фактически оставила экран. В 1940-м они с мужем вернулись в Голливуд. У Лоры и Ирвинга было двое детей, дочь Джилл и сын Тони.
Две роли напоследок
На экран она потом выходила всего дважды, и оба раза с промежутком в десяток лет.
В 1946 году Лора сыграла в семейной драме «Маленький мистер Джим», где главную роль исполнял юный Джеки Дженкинс по прозвищу Бутч. А в 1957 году вышел фильм «Встреча выпускников», и там она сыграла мать героини Бетти Хаттон. Девушка, которая когда-то играла вечно молоденьких соседок, теперь была мамой на экране.
Ещё была одна телевизионная драма на CBS в 1956 году. И на этом всё.
О своём кинопрошлом Лора потом говорила без всякой ностальгии, скорее с весёлым удивлением. Про старые фильмы она однажды сказала: «Это было так давно, что я даже не могу вспомнить, как в них снималась».
Шестьдесят с лишним картин за одно десятилетие. Наверное, их и правда было трудно удержать в памяти.
Двести пятнадцать долларов
Тут самое время вернуться в июнь 1954 года, к Граучо Марксу и его викторине.
Ирвинг Ашер к тому времени снова работал в Голливуде, и как раз тогда вышла «Слоновья тропа» с Элизабет Тейлор, к которой он имел самое прямое отношение. Вот о чём миссис Ашер и рассказывала ведущему: о картине мужа и о том, как он похудел. Обычная семейная болтовня, на которой и держалось это шоу. Граучо любил, когда гости говорили о простых вещах, и умел вытащить из них смешное.
Публика в студии видела милую женщину средних лет. Возможно, кто-то постарше узнал её лицо. Но немногие, наверное, вспомнили, что именно эта женщина в двадцатые годы держала на себе целую студию. Что её имя стояло на афишах первым. Что это она в «Коте и канарейке» проводила самую страшную ночь в особняке Уэстов.
А сама она в тот вечер думала совсем не о себе. Ещё до начала вопросов попросила: если что-то выиграют, пусть деньги пойдут в фонд помощи работникам кино. Этот фонд с начала двадцатых помогал актёрам, операторам, гримёрам, рабочим студий, всем, кто в кино оказался в трудном положении. Лора прекрасно знала, как это бывает: сегодня ты первая строчка афиши, а завтра студия ведёт вперёд других.
Три правильных ответа из четырёх. Двести пятнадцать долларов. Не миллион. Но для многих в этом фонде даже такая сумма значила кусок хлеба.
Девочка, которая пришла по объявлению
В середине восьмидесятых Лору Ла Плант пригласили на большой голливудский гала-вечер «Ночь ста звёзд». Её пригласили на сцену, и она помахала залу.
Она прожила девяносто один год.
В калифорнийском городке Агура-Хиллз есть улица, названная её именем: Laura La Plante Drive. Кто-то каждый день ездит по ней на работу и, может быть, даже не догадывается, кто такая Лора Ла Плант.
А история её очень простая и очень голливудская. Дочь учителя танцев из Сент-Луиса. Развод родителей, переезд в Сан-Диего. Летние каникулы у кузины, газетное объявление, на которое откликнулась девочка-подросток. Мать, которая начала терять слух. Кузина, которая сказала: снимайся всерьёз, это поможет семье.
А дальше статистка на студии коротких комедий, вестерны с Томом Миксом, «малышка WAMPAS», королева Universal, старый тёмный дом, где по коридорам бродит Кот, чужой голос в «Плавучем театре», лондонская сцена. И двести пятнадцать долларов, отданные тем, кому в кино повезло меньше.
Как думаете, что в её судьбе решило больше: то газетное объявление или уговоры кузины Мэри, которая вовремя сказала, что пора относиться к кино всерьёз?






