Летом 1964 года тренер мюнхенской «Баварии» Златко Чайковский впервые посмотрел на новичка, которого клуб только что привёз из провинции. Невысокий, коренастый, плотно сбитый, с мощными бёдрами. На стремительного нападающего с журнальной обложки он не был похож совсем.
Чайковский, югослав с сильным акцентом, говорил по-немецки как умел, и сказал то, что думал:
— Что мне делать с этим парнем? Такая фигура, невозможно.
И ещё короче:
— Что мне делать со штангистом?
Новичку было восемнадцать. Тренер придумал ему прозвище, которое потом разошлось по всей Германии: «маленький толстый Мюллер». Сказано было с грамматической ошибкой, «kleines dickes Müller», в среднем роде, как говорят о вещи или о ребёнке. Первые недели сезона «маленький толстый Мюллер» в состав не попадал вообще.
Через шесть лет этот «штангист» привёз с чемпионата мира в Мексике десять голов и стал первым немцем, получившим «Золотой мяч». А один из его товарищей по команде много лет спустя скажет, что без его голов «Бавария» до сих пор сидела бы в своём старом деревянном клубном домике.
Но до этого было далеко. Сначала был Нёрдлинген.
Этот городок на западе Баварии стоит на дне огромного метеоритного кратера. Небесное тело упало здесь миллионы лет назад, и котловина Рис шириной больше двадцати километров видна до сих пор. Сам Нёрдлинген похож на рисунок из детской книжки: круглый, обнесённый целой средневековой стеной, с черепичными крышами и высокой колокольней посередине. Жили здесь спокойно и небогато.
Герхард Мюллер, которого все звали просто Герд, родился в Нёрдлингене 3 ноября 1945 года, через полгода после конца войны. Страна лежала в разрухе, продукты давали по карточкам, и о каких-то особых надеждах для мальчика из рабочей семьи никто не думал. Он был пятым, самым младшим ребёнком Иоганна Генриха Мюллера и Кристины Каролины, урождённой Юнг. Отец работал шофёром, мать подрабатывала уборщицей. Денег хватало впритык.
Историк Ханс Воллер, написавший большую биографию Мюллера, сформулировал это так: никто не приходил в большой футбол из таких низов, и ни у кого провинциальное происхождение не было так заметно.
Футбол у Герда начался, как у всех мальчишек того времени, на улице, вместе с соседскими ребятами. Один из тех, кто занимался детскими командами местного клуба ТСВ 1861, приметил крепкого мальчишку и стал звать его в секцию. Герд долго не шёл. Он был страшно застенчив, и сама мысль прийти в настоящий клуб, где тебя будут разглядывать чужие люди, его пугала.
В августе 1958 года двенадцатилетний Мюллер всё-таки записался в детскую команду ТСВ 1861 Нёрдлинген.
Школа закончилась рано. После восьми классов народной школы четырнадцатилетний Герд пошёл учеником ткача на местную шерстопрядильную фабрику. Работа была скучная и тяжёлая: цех, шум станков, пыль от шерсти. Но главное было не в этом. Когда ученика собрались перевести на сменный график, стало ясно, что вечерние тренировки придётся бросить. Этого Герд допустить не мог. Он ушёл с фабрики и устроился на другой завод, сварщиком.
Отец умер рано, когда Герд был ещё подростком. Часть забот о семье легла на младшего сына. Днём он варил железо, вечером бежал на поле. Мечтать о большом футболе было некогда: ремесло сварщика кормило, а игра в маленьком городском клубе нет.
Зато на поле происходило что-то такое, во что было трудно поверить.
В сезоне 1962/63 юношеская команда ТСВ 1861 забила за год 204 гола. Сто восемьдесят из них забил один человек, Герд Мюллер. Почти девять голов из каждых десяти.
Цифра выглядит как опечатка, но именно её приводят немецкие биографы. Мюллера позвали в сборную юношей Баварского футбольного союза, а весной 1963 года семнадцатилетнего сварщика выпустили за взрослую команду клуба.
В первом же полном сезоне за взрослых, 1963/64, он забил 51 гол в 31 официальном матче. Клуб с его голами поднялся в лигу выше. Про нёрдлингенского бомбардира узнали в Мюнхене, причём сразу в двух клубах.
Мюнхен в те годы был городом двух клубов, и расклад между ними выглядел совсем не так, как сегодня. «Мюнхен 1860», «львы», играл в только что созданной бундеслиге, высшей лиге страны. «Бавария» в бундеслигу не попала и выступала в региональной лиге «Юг», на ступень ниже. Когда в 1963 году создавали высшую лигу, от Мюнхена в неё взяли один клуб, и выбрали «львов»: они как раз выиграли южную оберлигу. «Бавария» осталась за дверью. Громким клубом города считались «шестидесятники». Именно их Мюллер и ждал.
Дальше история, которую он потом с удовольствием пересказывал.
Однажды в 1964 году Герд играл с приятелями в бильярд. Около половины первого он вернулся домой обедать, и мать встретила его на пороге:
— Тут приходили какие-то господа из Мюнхена. Хотят тебя забрать.
Герд обрадовался. В своей, как он говорил, юношеской наивности он решил, что это люди из «Мюнхена 1860». Но в доме его ждали двое совсем других: управляющий делами «Баварии» Вальтер Фембек и его коллега Петер Зорг.
Они опередили конкурентов ровно на час. Делегация «львов» подъехала к дому Мюллеров, когда разговор с «Баварией» был уже почти закончен. Гостей из «Баварии» быстро вывели через заднюю дверь в трактир напротив, чтобы две делегации не столкнулись в прихожей. «Шестидесятникам» Герд отказал.
10 июля 1964 года он подписал с «Баварией» контракт на четыре года. Нёрдлингенскому клубу за него заплатили 4400 марок. Даже по тем временам сумма была скромной.
В Мюнхен восемнадцатилетний сварщик приехал с тяжёлым сердцем. Нёрдлинген он любил, город был весь его, от стены до стены. А здесь всё было чужое: трамваи, широкие улицы, толпы, шум.
«Я приехал из Нёрдлингена мелкой сошкой и боялся большого города», — вспоминал он потом.
Чтобы не заблудиться, он поначалу ходил от тренировочной базы до своей квартиры пешком, около десяти километров, и запоминал дорогу. Жильё ему помог найти клуб. Жили скромно: чтобы сводить концы с концами, Герд подрабатывал в мебельном магазине.
«Бавария» тех лет мало напоминала сегодняшний клуб-гигант. Никаких стеклянных тренировочных центров: скромное хозяйство на Зебенер-штрассе и старый деревянный клубный домик, тот самый, о котором через много лет вспомнит Беккенбауэр. Денег в кассе было немного, громких имён в составе не было вовсе. Клуб жил надеждой пробиться в бундеслигу и делал ставку на молодых и недорогих.
А на тренировках его ждал Чайковский.
Златко Чайковский, которого в Германии звали Чик, был человеком весёлым и шумным. Как игрок он дважды ездил со сборной Югославии на Олимпиаду и приносил оттуда серебро, а как тренер собирался поднять «Баварию» в бундеслигу. Приземистый паренёк с бёдрами тяжеловеса в эту картину не вписывался никак. Он не был высоким, не был быстрым на длинной дистанции, не блистал финтами. Со стороны он и правда больше напоминал тяжелоатлета, который по ошибке забрёл на футбольное поле.
— Что мне делать со штангистом? — повторял тренер.
Новичок остался за бортом. Команда уверенно шла к повышению, состав был сыгран, и места в нём для «маленького толстого Мюллера» Чайковский не видел. Герд тренировался, молчал и ждал. Характер у него был не тот, чтобы стучать кулаком по столу.
За него это сделали другие. Президент клуба Вильгельм Нойдекер считал, что парня из Нёрдлингена покупали не для скамейки. Нажим сверху сработал.
18 октября 1964 года «Бавария» играла на выезде с «Фрайбургом». Мюллера наконец поставили в состав.
Мюнхенцы выиграли 11:2. Один из одиннадцати голов забил новичок.
С этого дня из основы его уже не убирали. Сначала он играл полусредним, потом переместился в центр атаки. В 26 матчах того сезона Мюллер забил 33 гола. «Бавария» выиграла свою региональную лигу, а в переходном турнире за место в бундеслиге он добавил ещё шесть. Летом 1965 года клуб, который год назад не взяли в высшую лигу, поднялся туда по праву.
Тренер оказался человеком честным. «Маленьким толстым Мюллером» он называть его не перестал, но интонация сменилась. Теперь это звучало почти нежно.
Первый матч в бундеслиге выпал, как будто нарочно, на «львов». 14 августа 1965 года «Бавария» принимала «Мюнхен 1860», тот самый клуб, который опоздал к дому Мюллеров на один час. Проиграли 0:1. Судьба словно решила напомнить, что сказка кончилась и начинается работа. А по итогам того сезона «львы» стали чемпионами Германии. Скептики в Нёрдлингене могли бы сказать, что Герд выбрал не тот клуб. Спор этот решился позже и без слов.
Работы хватило. В первом сезоне в бундеслиге Герд забил 14 голов в 33 матчах. Для новичка лиги неплохо, но до будущего Мюллера ещё далеко. «Бавария» заняла третье место, а весной 1966 года выиграла Кубок Германии, обыграв в финале «Майдерихер» из Дуйсбурга со счётом 4:2. Это был первый трофей клуба за девять лет.
Товарищи по команде в те годы подобрались такие, что о них потом будут писать книги. В воротах стоял Зепп Майер, в защите играл совсем молодой Франц Беккенбауэр. Трое почти ровесников, вчерашних мальчишек, скоро станут той самой осью, на которой «Бавария» поднимется на вершину европейского футбола. Но в 1965-м это была просто компания парней, которые вместе ездили на выезды, вместе пропадали на тренировках и вместе радовались первой победе в кубке.
В октябре 1965 года, незадолго до своего двадцатилетия, Герд зашёл выпить кофе в маленькое кафе при кофейной лавке у Восточного вокзала Мюнхена. Там он и увидел Уши.
Урсуле Эбенбёк, дочери инженера-строителя, было шестнадцать. Футболиста из «Баварии» в её глазах тогда ещё ничего не выделяло: знаменитым он не был, в городе его почти не узнавали. Стеснительный парень из Нёрдлингена, который днём тренировался, а в свободное время работал в мебельном магазине, набрался смелости и пригласил её в кино.
Шёл вестерн «Рио Браво» с Джоном Уэйном. Где-то между перестрелками на экране они друг в друга и влюбились. Через одиннадцать месяцев была помолвка, а в 1967 году свадьба. Невесте было восемнадцать, жениху двадцать один.
Этот брак Мюллер пронёс через всю жизнь. Уши будет рядом и в годы славы, и много позже, когда ему станет совсем трудно. Но это уже другая история.
А пока в жизни «маленького толстого Мюллера» всё начало закручиваться очень быстро.
12 октября 1966 года он впервые сыграл за сборную ФРГ, в товарищеском матче против Турции. Сборная только что вернулась с чемпионата мира в Англии, где проиграла финал хозяевам. Места в атаке были заняты людьми с именами, и новичку из бундеслиги предстояло пробиваться.
В клубе он пробился раньше. Сезон 1966/67 стал для Мюллера первым по-настоящему большим: 28 голов в бундеслиге и звание лучшего бомбардира лиги, которое он разделил с дортмундцем Лотаром Эммерихом. Немецкие спортивные журналисты назвали его футболистом года. В том же 1967 году «Бавария» выиграла Кубок обладателей кубков, свой первый европейский трофей. Финал с шотландским «Рейнджерс» в Нюрнберге получился вязким, основное время закончилось 0:0, и единственный гол в дополнительное время забил полузащитник Франц Рот. Клуб, который три года назад играл во второй по силе лиге, теперь обыгрывал лучших в Европе.
Со временем газеты подобрали Мюллеру прозвище, которое прилипло к нему навсегда: «бомбер нации». Бомбардир, чьи удары разрывали сетку, как бомбы.
Хотя «разрывали» не совсем то слово. Мюллер почти никогда не бил из-за штрафной с тридцати метров и редко обыгрывал по три защитника подряд. Его голы часто выглядели нелепо: мяч отскакивал от ноги, от колена, от бедра, от пятки, иногда от спины. Он падал, вставал, крутился на месте, поворачивался в пятачке, где, казалось, повернуться невозможно. Те самые тяжёлые бёдра, над которыми смеялся Чайковский, давали ему низкий центр тяжести и взрывной рывок на первых двух-трёх метрах. Защитник ещё только соображал, куда летит мяч, а Мюллер уже был там.
Сам он объяснял своё искусство без затей, на родном швабском говоре:
«Центральный нападающий должен знать, где стоят ворота. Можешь стоять к ним хоть спиной, это всё равно. Я это знал, да».
В сезоне 1968/69 он забил в бундеслиге 30 голов и снова стал лучшим бомбардиром. «Бавария» впервые стала чемпионом бундеслиги, а в финале Кубка Германии обыграла «Шальке» со счётом 2:1. Оба гола забил Мюллер. Первый в истории клуба «золотой дубль». И снова его назвали футболистом года, уже во второй раз.
За пять сезонов парень, которого не хотели выпускать на поле, прошёл путь от скамейки запасных региональной лиги до чемпиона страны. Но главное испытание ждало его не в Германии, а за океаном.
Летом 1970 года чемпионат мира впервые проходил в Мексике. Жара, высокогорье, матчи в полдень ради европейского телевидения. Сборная ФРГ играла групповые матчи в городе Леон, и там двадцатичетырёхлетний Мюллер устроил то, чего от него не ждал никто за пределами Германии.
В первом матче против Марокко немцы долго не могли забить и проигрывали. Счёт сравнял Уве Зеелер, а победный гол, 2:1, забил Мюллер. Во втором матче против Болгарии он сделал хет-трик, 5:2. В третьем против Перу снова хет-трик, причём все три мяча до перерыва. Семь голов за три игры группового турнира.
В четвертьфинале соперником была Англия, действующий чемпион мира, та самая команда, которая четыре года назад обыграла немцев в финале на «Уэмбли». В начале второго тайма англичане вели уже 2:0. Немцы отыгрались и перевели игру в дополнительное время. На 108-й минуте мяч после навеса прилетел к воротам, и Мюллер в падении, с лёта, с пары метров вколотил его в сетку. 3:2. Реванш за 1966 год состоялся.
Полуфинал с Италией на стадионе «Ацтека» потом назовут «матчем века». Основное время закончилось 1:1, а в дополнительные полчаса команды забили пять голов на двоих. Два из них забил Мюллер. Не хватило одного: итальянцы победили 4:3. Решающий мяч забил Джанни Ривера, обладатель «Золотого мяча» прошлого, 1969 года. На стадионе «Ацтека» до сих пор висит памятная табличка в честь того полуфинала. Сборная ФРГ в итоге взяла бронзу, обыграв в матче за третье место Уругвай.
Десять голов за один турнир. Больше не забил никто, и «Золотую бутсу» лучшего бомбардира чемпионата увёз Мюллер. А в конце 1970 года журналисты назвали его лучшим футболистом Европы. «Золотой мяч» впервые в истории получил немец. В списке лауреатов Мюллер встал сразу после того самого Риверы, который выбил немцев из полуфинала, а за несколько строчек до него значились англичанин Бобби Чарльтон и Джордж Бест. Теперь рядом с ними стояло имя бывшего сварщика из Нёрдлингена.
Шесть лет прошло с того дня, когда тренер «Баварии» спрашивал, что ему делать со штангистом.
Дальше было ещё больше. В сезоне 1971/72 Мюллер забил в бундеслиге сорок голов, и этот рекорд продержался сорок девять лет. В 1972 году он стал чемпионом Европы со сборной, а в 1974-м, на своём домашнем стадионе в Мюнхене, забил победный гол в финале чемпионата мира против Голландии. «Бавария» за эти годы трижды подряд выиграла Кубок европейских чемпионов. «Маленький толстый Мюллер» забил в бундеслиге 365 голов, и этот рекорд лиги не побит до сих пор.
Франц Беккенбауэр, который прошёл с ним весь этот путь от региональной лиги до вершины, сказал однажды фразу, которую в Мюнхене повторяют до сих пор:
«Может быть, без Герда Мюллера и его голов мы бы до сих пор сидели в нашей старой деревянной хижине на Зебенер-штрассе».
Если пройти его путь с самого начала, всё выглядит почти неправдоподобно, хотя в этой истории нет ни одного выдуманного поворота. Младший из пяти детей шофёра и уборщицы из маленького городка внутри метеоритного кратера. Застенчивый мальчишка, которого долго уговаривали прийти в секцию. Четырнадцатилетний ученик ткача, который ушёл с фабрики, лишь бы не бросать вечерние тренировки. Сварщик, забивший за сезон сто восемьдесят голов из двухсот четырёх. Парень, которого «Бавария» перехватила у соседей ровно на час раньше и купила за 4400 марок. Новичок, над фигурой которого смеялся собственный тренер и которого выпустили на поле только после вмешательства президента. Стеснительный жених, пригласивший шестнадцатилетнюю девушку из кофейной лавки на «Рио Браво».
А в финале чемпион мира и обладатель «Золотого мяча».
Чайковский, между прочим, так и не отказался от своего прозвища. Только теперь «kleines dickes Müller» в его устах означало совсем не то, что летом 1964-го. Так говорят не о случайном толстяке, а о своём.
