Эту историю в двадцатые годы прошлого века проверяли так дотошно, как не проверяли иные уголовные дела. Слишком уж она не укладывалась в здравый смысл.
Август 1923 года, городок Силвертон в штате Орегон.
Семья Брейзер собралась в дорогу к родне в Индиану. Через всю страну, на автомобиле, по дорогам, которые тогда назывались дорогами весьма условно. С собой взяли собаку: шотландского колли по кличке Бобби, двух лет от роду, рыже-белого, с белым воротником на груди.
В городе Уолкотт остановились заправиться.
Пока хозяин возился у машины, на Бобби налетела стая местных собак. Пёс рванул от них в сторону улиц и пропал из виду.
Дальше было то, что делают все.
Хозяин объезжал квартал за кварталом и сигналил. Расклеивал объявления. Дал заметку в местную газету. Спрашивал на заправках и в лавках. Три дня подряд.
Собаки не было.
Семье пришлось возвращаться домой без неё.
Теперь про расстояние, потому что в этой истории именно оно и делает всё остальное невероятным. От Уолкотта до Силвертона по тогдашним дорогам — две тысячи пятьсот пятьдесят одна миля. Около четырёх тысяч ста километров.
Между ними: прерии, несколько крупных рек, Скалистые горы и приближающаяся зима.
Прошло шесть месяцев.
15 февраля 1924 года дочь Брейзеров шла по улице Силвертона и увидела на тротуаре собаку. Костлявую, с грязной свалявшейся шерстью, которая двигалась медленно и странно, будто каждый шаг давался ей отдельным решением.
Когти на лапах были стёрты почти до подушечек.
На шее висел ошейник. Чужой, не тот, в котором пёс уехал из Орегона.
Собака подняла голову.
То, что было дальше, в Силвертоне потом пересказывали годами: пёс узнал человека раньше, чем человек узнал пса.
Дома он первым делом пошёл к своему месту.
Вот тут и начинается самое интересное. В историю не поверили. Газеты уже тогда умели придумывать трогательные сюжеты, а «собака прошла четыре тысячи километров» звучало ровно как выдумка.
За проверку взялось Орегонское общество защиты животных.
Работа была скучной и кропотливой. Опубликовали описание пса и маршрут, разослали запросы, стали ждать ответов от людей вдоль предполагаемого пути. И ответы пошли.
Люди из разных штатов писали одно и то же: да, был такой пёс. Хромал. Пришёл, поел, переночевал в сарае, ушёл утром.
Женщина, которая подобрала обессилевшую собаку и выхаживала её несколько дней. Хозяин придорожной закусочной, который кормил её объедками. Семья, у которой пёс прожил почти две недели, пока не окреп, а потом однажды утром просто ушёл на запад.
Кто-то из них и надел на него тот самый чужой ошейник.
Ответов оказалось столько и совпадали они так точно, что маршрут удалось выстроить почти по дням. Общество признало: собака действительно прошла этот путь. Осенью через прерии, зимой через горы.
Дальше на Бобби свалилась слава, которой он никак не просил.
О нём написали газеты по всей стране. Его показывали на выставках, ему прислали медаль и ключи от города, дети слали письма мешками. История попала в рубрику «Хотите верьте, хотите нет» Роберта Рипли, а вскоре пса сняли в кино, где он сыграл сам себя.
Ему построили миниатюрный домик, который выставляли на публику.
Умер Бобби в 1927 году, прожив после возвращения три с небольшим года. Хоронил его весь Силвертон.
В городе до сих пор помнят эту собаку. Ежегодный детский парад, памятная табличка, местные экскурсоводы рассказывают про пса приезжим.
А зоологи с тех пор объясняют историю по-разному: обоняние, магнитное чувство, память на рельеф, случайность.
Единственный, кто мог бы объяснить точно, шёл шесть месяцев на запад и не оставил комментариев.
