Первые коньки Любе Марковой сделал отец. Взял старую пилу, отделил от неё полосу стали, приладил к детским валенкам и вывел дочку на лёд у берега Байкала. Сказал ей одно слово: «Катись!» Она и покатилась. В школу она тогда ещё не ходила.
С тех пор прошло почти восемь десятилетий. В мае 2026 года Любови Николаевне Мореходовой исполнилось 85. Она живёт одна на хуторе Халы в Ольхонском районе, держит коров, сама колет дрова и топит печь, а зимой, когда Байкал встаёт, выходит на лёд в старых коньках-«норвегах», привязанных верёвкой к валенкам. Видео, где бабушка в цветастом платке гоняет по прозрачному льду, разошлись по всему миру. В интернете её зовут просто: баба Люба.
Восьмая из девяти
Люба родилась 16 мая 1941 года в улусе Шара-Тогот, на западном берегу Байкала. Про родителей рассказала районная газета «Байкальские зори»: отец, Николай Иванович Марков, и мать, Феона Степановна, оба были родом из деревни Куреть. Детей в семье было девять, Люба восьмая.
Через месяц и шесть дней после её рождения началась война. Отец был бригадиром рыбаков. Рыбу ловили, солили в бочках и отправляли на фронт. Мать тянула дом, огород и детей.
Детей тянуть было тяжело. Трое умерли от скарлатины, двое от воспаления лёгких. Выросли четверо: Люба, Наташа, Петя и Афанасий. Сама войну Любовь Николаевна почти не помнит, слишком была мала. Из тех лет в памяти остался случай с собакой. Её увели со двора чужие люди, и маленькая Люба рыдала так, что не могла остановиться.
«Я очень плакала, но мама сказала, собака обязательно вернётся», — вспоминала она в разговоре с «Байкальскими зорями».
Собака вернулась.
В школу на коньках
Жили тогда в местности Улан-Хан. Ближайшая школа, Курминская начальная, стояла километрах в четырёх. Летом туда шли пешком, гурьбой: братья, сёстры, соседские ребятишки. А зимой, когда залив замерзал, Люба добиралась на отцовских самодельных коньках по льду. Так она рассказывала журналистам «АиФ в Восточной Сибири».
Байкальский лёд бывает чёрным и прозрачным, как стекло. Через него видны камни на дне, пузыри воздуха, вмёрзшие в толщу, и длинные белые трещины. Трещины гудят и стреляют, когда лёд «дышит». Деревенские дети к этому привыкают раньше, чем к букварю.
После начальной школы была Чернорудская семилетка, а потом средняя школа в Еланцах, райцентре. Это уже далеко от дома. Девочку пристроили на квартиру к знакомой матери, деревенской травнице, а потом к учительнице биологии А. К. Рыковой. У неё Люба и прожила до самого выпускного. В одном из интервью она вспоминала и другой вариант той жизни: неделю в интернате, а на выходные домой, пешком, двадцать пять километров. Коньки, по её словам, нужны были, чтобы добираться быстрее.
Позже ей купили настоящие «норвеги», беговые коньки с длинным плоским лезвием. И с тех пор Любовь Николаевна катается только на них.
Сварщица с двумя красными дипломами
В семнадцать лет Люба уехала в Иркутск. Устроилась на большой завод тяжёлого машиностроения имени Куйбышева. Начинала в военизированной охране, через год её перевели в цех ширпотреба, а потом она стала сварщицей.
Там же, на заводе, она встретила Михаила Мореходова. Поженились в 1964-м.
«А свадьба-то была комсомольская, заводская, гуляли всем заводом», — рассказывала Любовь Николаевна.
Учиться она не бросала. В 1965 году окончила сварочное отделение Иркутского индустриального техникума, причём с отличием и уже с маленьким ребёнком на руках. Через одиннадцать лет, в 1976-м, получила второй красный диплом, Иркутского политехнического института, по специальности «технология машиностроения, станки и инструменты». К тому времени детей было трое.
На заводе она проработала сорок два года. Была токарем, штамповщицей, сварщицей, а потом инженером-технологом. Среди её наград знак «Отличник качества» Министерства тяжёлого машиностроения СССР и медали «Ветеран труда» и «Дети войны».
Назад, на свою землю
Всего в семье Мореходовых выросли четверо детей. В 2009 году случилось то, что сломало бы многих: погибли старшие, дочь и сын.
Выйдя на пенсию, Мореходовы вернулись к истокам, на хутор Халы. Там стоит дом, который отец Любови Николаевны построил после войны. Мужа Любовь Николаевна потеряла рано. Но обратно в город не поехала.
Хутор этот глухой. По данным «АиФ», до ближайшего посёлка полтора часа езды. Воду для скотины берут из Байкала, и прорубь каждое утро надо вычищать заново. Печь Любовь Николаевна топит сама, дрова приносит с вечера. Коров у неё около десяти, гуляют они вольно. Летом огород: редиска, лук, помидоры, морковь, шпинат. Чай она заваривает из листьев малины, ирги и вишни. А когда надо в город, садится за руль. Машин у неё две, водит она сама.
— Одной не страшно, я ничего не боюсь. Потому что живу на своей земле, — сказала она в интервью «АиФ».
Как баба Люба стала знаменитой
Зимой лёд у Халы встаёт гладкий, и тогда Любовь Николаевна выходит кататься. Не по делу, не ради рекорда. Просто потому что хорошо. Знакомые однажды сняли, как она в платке и пуховике легко, по-конькобежному, режет лёд, раскачивая руками. Ролик улетел в сеть, его подхватили телеканалы, потом зарубежные сайты. Журналисты и блогеры потянулись на хутор со всего мира.
В 2018 году её позвали на Байкальский ледовый марафон, и она пробежала на коньках по льду пятьсот метров.
В 2019-м её пригласили в Москву, на ток-шоу «Пусть говорят». Прямо в студии Евгений Плющенко подарил ей фигурные коньки. А катается она, как и прежде, на «норвегах», привязанных к валенкам.
Про технику безопасности у неё одно правило:
— По Байкалу кататься хорошо, главное избегать попаданий в трещины.
Секрет, которого нет
Журналисты каждый раз спрашивают про секрет долголетия. Любовь Николаевна каждый раз отвечает почти одинаково.
— Какой может быть секрет долголетия? Просто жизнь идёт своим чередом и всё, — сказала она «АиФ» в 2024 году.
Иногда добавляет про детство: «Я выросла на хорошей рыбе». Рыбу отец привозил прямо с лодки.
А на вопрос, не тоскливо ли ей одной, она тоже отвечает спокойно:
— Не страдаю от того, что я здесь одна.
Родные живут в городе, но навещают и помогают. Дочь Софья Михайловна рассказывала журналистам, что мама сама ездит на легковой машине. Соседка Светлана Мануева из села Курма объясняет по-своему, почему уговаривать бабу Любу переехать бесполезно:
«Человек она очень живой, но ей нельзя уезжать в город, она там просто зачахнет».
В мае 2026 года Любови Николаевне исполнилось 85. Культорганизатор Шара-Тоготского дома культуры Галина Оглобина написала о ней в «Байкальских зорях» очерк в рубрику «Хранительница памяти». В нём есть всё: девять детей Марковых, отцовская рыба для фронта, комсомольская свадьба на весь завод и два красных диплома.
А зимой, когда Байкал снова встанет, на гладкий лёд у хутора Халы опять выйдет бабушка в цветастом платке.
Как вы думаете, что держит человека в форме сильнее: свой дом и своя земля или то, что он всю жизнь занят делом?
Фото: газета «Байкальские зори» (Ольхонский район), май 2026
