Мальчишкой ушёл с отцовского поля в туринскую ликёрную, где сдачу недавно ещё выуживали из таза с водой 💧, свою красную настойку назвал «голландской», а покупатели переименовали её по фамилии хозяина 🔴: Гаспаре Кампари

В туринских кафе сдачу когда-то отдавали мокрой. Монеты, которые платили посетители, бросали в таз с водой. Когда нужно было отсчитать сдачу, служитель запускал в этот таз руку, вытаскивал пригоршню медяков, для вида проводил по ним тряпкой и отдавал в ладонь гостю. Почти холодные и почти сырые.

Об этом обычае рассказывает старинная книга о Турине, глава о городских кафе, которую выложил в открытый доступ Музей Турина. Автор пишет, что обычай держался в лавках с чумы 1630 года, а горожане жаловались на него ещё в 1839-м. Миланский журнал Savej добавляет, что так в туринских кафе расплачивались до 1843 года и что выуживать монеты из воды полагалось мальчишке-подручному.

Если это так, то один такой мальчишка, четырнадцатилетний, с лёгким ломбардским выговором, как раз приехал тогда в Турин искать работу. Звали его Гаспаре Кампари.

Через двадцать с лишним лет он придумает ярко-красный горький настой на травах и кореньях и назовёт его на чужой, голландский манер. Покупатели это название не примут и переделают по-своему, по фамилии хозяина. А красный цвет, который потом станет главным знаком всей марки, долго будут давать сушёные насекомые.

Дальше речь пойдёт о крестьянском сыне, который всю жизнь простоял за стойкой, и о семье, сделавшей из его стойки фамильное дело.

Младший из Кассольново

Гаспаре Кампари родился весной 1828 года в Кассольново, сельском городке в Ломеллине, между Новарой и Павией. Точный день в источниках расходится. Итальянская и английская Википедии называют 12 марта. Биографический словарь итальянцев, издание энциклопедии Треккани, называет 27 апреля.

Семья была крестьянская. Отца звали Джузеппе, мать Маргерита. Гаспаре был среди детей младшим: словарь Треккани пишет, что последним из двенадцати, журнал Savej и другие источники говорят о десяти детях. Старший брат, по словам Savej, учился на врача в соседнем Виджевано.

Младшему крестьянскому сыну земли обычно не доставалось. Да и сам он, судя по всему, к полю не тянулся. Сайт Italy on This Day пишет коротко: работать на земле у мальчика не было никакого желания.

Сначала он прислуживал в местном баре. А потом встал вопрос, куда отправлять его дальше. Журнал Savej рассказывает, что в Ломеллине на этот счёт ходила поговорка: из деревни дорога либо в огород за шпинатом, либо в Милан, в городские стражники. Совет дал местный маркиз, которому принадлежали земли в Кассольново. Он посоветовал не Милан, а Турин.

Ученик у площади Кастелло

В 1842 году четырнадцатилетний Гаспаре оказался в Турине. Город был большой, шумный, и кафе в нём были отдельным миром. Французский путешественник Валери, на которого ссылается та же старая книга о туринских кафе, удивлялся, что в них сидят рядом простые горожане и важные судьи, а лучшие заведения выписывают кипы газет со всей Европы.

Мальчика взяли в кафе и ликёрную лавку Басса. Хозяином был Джакомо Басс, швейцарец, лавка стояла на площади Кастелло, в самом центре города. Итальянская Википедия пишет, что место Гаспаре нашёл по рекомендации Теофило Барлы, известного туринского кондитера.

Работа у подручного простая и бесконечная. Протереть столы, принести воду, отнести чашки, сбегать в погреб. Мыть посуду. Слушать, как спорят гости. И смотреть, как хозяин готовит ликёры.

Турин той поры был столицей вермута. Здесь умели настаивать вино и спирт на травах, на апельсиновой корке, на горьких кореньях. У каждой лавки были свои настойки, свои рецепты и свои секреты. Для мальчика из деревни это была настоящая школа, только без учебников.

Потом Гаспаре перешёл в «Камбио» на площади Кариньяно, в одно из самых известных кафе-ресторанов города. Сайт Italy on This Day пишет, что там он служил официантом и мыл посуду. Журнал Savej добавляет, что в «Камбио» он учился делать настойки и ароматные вина.

Легко ему не было. Savej пишет, что туринцы приезжих не жаловали. Выговор у Гаспаре был ломбардский, не пьемонтский, и над ним посмеивались.

Сколько лет он провёл в Турине, источники называют по-разному. Сайт Italy on This Day считает, что около восьми. Другие говорят, что он задержался там дольше и успел завести семью.

Две потери

Об этой семье известно немного, и то не из всех источников. Журнал Savej пишет, что в Турине Гаспаре женился на Маддалене Альман и у них родились две дочери. Радиопрограмма Radio Bullets называет даты: девочки умерли маленькими в 1856 году, а в 1859-м не стало и Маддалены. Savej предполагает, что всех троих унесла одна из эпидемий тех лет.

Биографический словарь Треккани о первой семье не пишет ничего. Поэтому подробности стоит принимать с осторожностью. Но два независимых источника сходятся в главном: к концу 1850-х годов Гаспаре остался один.

И он уехал из Турина.

Кафе на углу Часов

Дальше была Новара, крупный город по соседству с родным Кассольново. Здесь Гаспаре завёл своё первое собственное дело.

Когда именно это случилось, источники снова спорят. Итальянская Википедия и сайт Italy on This Day называют 1850 год: Кампари будто бы снял в аренду кафе «Дружба», Caffè dell’Amicizia. Новарский краевед Паоло Ниссотти, которого цитирует сайт Piemonteis, пишет, что бар в центре Новары он купил в 1860-м. Словарь Треккани осторожен: в путеводителе по Новаре 1861 года его кондитерская-ликёрная уже значится. Журнал Savej называет ещё и лавку на улице, ведущей к Туринским воротам.

Сходятся источники в другом. Кафе «Дружба» стояло на бойком месте, на перекрёстке двух главных улиц старого города. Сам угол новарцы называли Углом Часов, Angolo delle Ore. Здания кафе давно нет, его снесли.

Хозяин оказался из тех, кто не может просто разливать чужое. В подвале он смешивал собственные настойки. Названия у них были громкие, в духе времени: «Эликсир долгой жизни», «Ромовое масло», «Розовый ликёр». Тогда многие лавки придумывали своим бутылкам звучные имена.

Почти все эти рецепты история не сохранила. Кроме одного.

«На голландский манер»

Среди новарских настоек была горькая, на травах, кореньях, коре и апельсиновой корке. Сайт Italy on This Day перечисляет среди её составляющих каскариллу, ароматную кору тропического кустарника, и киното, маленький горький апельсин. Полного рецепта не знает никто: его держали в тайне тогда и держат до сих пор. В английской Википедии сказано только, что ингредиентов больше шестидесяти.

Назвал её Гаспаре по моде того времени, с заграничным оттенком: Bitter all’uso d’Hollanda, «биттер на голландский манер». Голландские горькие настойки тогда были в Европе известны, и чужое название придавало товару солидности.

Только посетители кафе «Дружба» язык ломать не стали. Они заказывали просто «биттер синьора Кампари». Со временем от этой фразы осталось одно слово, фамилия хозяина. Так название, придуманное покупателями, а не владельцем, и закрепилось за настойкой навсегда.

Датой рождения биттера компания Campari считает 1860 год и связывает его с Новарой. Но и тут есть спор, о котором речь пойдёт ниже.

Красный, добытый из насекомых

У настойки был цвет, который сразу бросался в глаза. Ярко-красный, почти рубиновый.

Давал его кармин. Это краситель, который получают из кошенили, мелких насекомых, живущих на кактусах-опунциях в Мексике и на Канарских островах. Самок собирают, сушат и перемалывают, а из порошка извлекают густую красную краску. Тем же кармином веками красили ткани, им подкрашивали сладости и румяна.

Радиопрограмма Radio Bullets пишет, что этот краситель называли «красным Монтесумы» и что он был дороже обычных красок, но входил в рецепт с самого начала. О кармине в первоначальной рецептуре пишут и сайт Italy on This Day, и справочник Difford’s Guide.

Насекомые служили бренду почти полтора века. В 2006 году Campari Group отказалась от кармина в подавляющей части своего производства и перешла на другой краситель. Об этом сказано в английской Википедии, а американские СМИ тогда приводили объяснение компании: поставки натурального красителя стали ненадёжными.

Сам Гаспаре, конечно, ни о каких мировых поставках не думал. У него было кафе на углу, подвал с бутылями и покупатели, которые уже знали его фамилию.

Летиция по прозвищу Морковка

Вторую жену Гаспаре звали Летиция Галли. Её как мать его пятерых детей называет словарь Треккани, а подробности сохранил журнал Savej.

Летиция была миланкой, 1836 года рождения, на восемь лет моложе мужа. Волосы у неё были рыжие, и её прозвали по-ломбардски Carutulìn, «морковочка». Обвенчались они в Милане 25 февраля 1860 года. Жениху было тридцать один, невесте двадцать три или двадцать четыре.

В Новаре у них родились близнецы, Антониетта и Джузеппе. Savej пишет, что мальчик умер через несколько месяцев. Словарь Треккани среди детей Гаспаре Джузеппе всё же называет, так что тут источники расходятся.

Жена была из Милана, и в Милан семья и переехала. Справочник Difford’s Guide прямо связывает переезд с тем, что вторая жена была миланкой. Большинство источников называют 1862 год. Тогда же в Милане родилась дочь Эва.

Под старым навесом напротив собора

Миланское кафе Кампари открыл не где-нибудь, а на главной площади города, напротив Дуомо.

Площадь тогда выглядела совсем иначе. С одной стороны к ней лепились старые дома с длинной крытой галереей на столбах, которую называли Coperto dei Figini, «навес Фиджини». Под этим навесом прятались от дождя прохожие, там теснились лавки и кафе. Туда Гаспаре и перенёс своё дело. Историческая справка Фонда Isec, составленная по столетней книге о компании, начинает историю фирмы именно отсюда: в 1862 году Кампари, который до этого держал дело в Новаре, переносит своё кафе под навес Фиджини.

Словарь Треккани называет дату чуть позже, около 1865 года. Журнал Savej пишет, что сначала было ещё одно помещение, на соседней улице Растрелли.

Здесь, в Милане, Гаспаре продолжал то, что начал в Новаре: настаивал, смешивал, пробовал. Radio Bullets перечисляет, что он экспериментировал с ликёрами, горькими настойками и вермутами. И здесь, по версии словаря Треккани, началось настоящее производство его биттера.

Отсюда и давний спор двух городов. Компания Campari считает, что биттер родился в Новаре в 1860 году. Словарь Треккани связывает начало его выпуска с Миланом. Журнал Savej вспоминает ещё и миланские шуточные стихи 1960 года, где рождение биттера отнесено к Милану 1863-го. А сам журнал заключает так: может, рецепт и появился в Новаре, но тем самым Campari биттер стал уже в Милане.

Новара своё первенство не уступает. В январе 2025 года, как сообщал портал VerbanoNews, у Угла Часов повесили памятную табличку: здесь, в кафе Гаспаре Кампари, придумали знаменитый биттер.

Кафе приходится переезжать

Старый навес простоял недолго. Город затеял перестройку площади перед собором. Квартал с галереей на столбах шёл под снос, а рядом поднималось огромное новое здание.

Это была Галерея Виктора Эммануила II. Крытая улица из камня, железа и стекла, крестом соединившая площадь перед Дуомо с площадью у театра Ла Скала. Над перекрёстком поднимался стеклянный купол, под ним мозаичный пол. Строить начали в 1865 году. Открыли в 1867-м, хотя отделочные работы, по данным туристического портала VisitMilano, шли до 1878 года.

Сайт Italy on This Day пишет, что за прежнее место Кампари получил компенсацию и помещение в новой Галерее. Справочник Difford’s Guide рассказывает это так: участок напротив собора понадобился городу, и Гаспаре уступил его в обмен на помещение в Галерее.

Новое кафе встало на углу Галереи, у самого выхода на соборную площадь. Difford’s Guide называет и месяц открытия: сентябрь 1867 года. Над входом теперь значилась фамилия хозяина. Кафе так и называлось, Caffè Campari.

Radio Bullets пишет, что на первом этаже работало само кафе, а вскоре при нём открылся и ресторан. Место было бойкое как никакое другое. Галерея сразу стала главной прогулочной улицей Милана: под её крышей гуляли в дождь, назначали встречи, заходили после спектакля из Ла Скала. Многие, кто шёл с соборной площади в Галерею, проходили мимо угла Кампари.

Для крестьянского сына из Ломеллины это был предел, о котором в 1842 году нельзя было и мечтать. Мальчишка, который мыл чужие чашки в Турине, держал теперь кафе под стеклянной крышей, на самом видном углу самого нарядного здания Милана.

Мальчик, родившийся в Галерее

В ноябре того же 1867 года у Гаспаре и Летиции родился сын. Его назвали Давиде.

С днём рождения снова маленькое расхождение. На сайте Campari сказано, что Давиде появился на свет 17 ноября 1867 года, и сказано с гордостью: здесь, в кафе Campari в Галерее. Словарь Треккани называет 14 ноября и место просто Милан. Портал VisitMilano пересказывает семейное предание: Давиде называют первым миланцем, родившимся в Галерее.

Семья жила там же, где работала. Итальянская Википедия пишет, что после сноса старого навеса Кампари перебрался в Галерею вместе с семьёй. Историческая справка Фонда Isec добавляет важную деталь: свои ликёры Гаспаре делал сам, в маленькой перегонной мастерской прямо под кафе. Наверху звенели чашки и шумели гости, а внизу, в подвале, настаивались травы и корки.

Получилось почти как в Новаре, только больше. Тот же порядок, к которому Гаспаре привык смолоду: наверху гости, внизу работа. Разница была в масштабе. Вместо подвала под угловым кафе провинциального города был подвал под самым видным адресом Милана.

Детей стало пятеро. Словарь Треккани перечисляет их: Джузеппе, Антониетта, Эва, Давиде и Гвидо. Гвидо был младшим.

Медаль и мокрые монеты

Дела шли хорошо. В 1881 году в Милане прошла большая Итальянская промышленная выставка. Radio Bullets пишет, что Кампари выставил там свою продукцию и получил награду. Кроме биттера, у него к тому времени были и другие марки, например фернет и настойка под названием «Царская вода».

Сыновья помогали отцу с юности. Словарь Треккани пишет, что к концу жизни Гаспаре фирма была семейной и Давиде с Гвидо уже несколько лет работали рядом с ним. Давиде, по словам журнала Savej, учился у монахов-розминиан, но всё равно рос за отцовской стойкой.

В Турине 1840-х, если верить старым рассказам, сдачу выуживали из таза с водой. В Милане 1880-х у Кампари её отсчитывали на прилавке собственного кафе, под стеклянной крышей. Между этими двумя прилавками прошла вся его жизнь.

Декабрь 1882 года

Гаспаре Кампари умер в Милане 14 декабря 1882 года. Ему было пятьдесят четыре. Эту дату называют словарь Треккани и итальянская Википедия. В английской Википедии стоит 14 апреля, но более подробные итальянские источники держатся декабря.

Портал VisitMilano приводит деталь из газеты Corriere della Sera тех дней: наследство Кампари газета оценила «примерно в полмиллиона». Для человека, который начинал подручным с мокрой тряпкой в руках, сумма огромная.

Дети были ещё молоды. Давиде исполнилось пятнадцать, Гвидо был младше. Сайт Italy on This Day и Radio Bullets пишут, что поначалу делами занялась вдова, Летиция. Рыжая «морковочка» из Милана держала семейное дело, пока сыновья не подросли.

Сыновья

Фирма получила длинное название: «Гаспаре Кампари. Братья Кампари, преемники». Так её записал словарь Треккани.

Братья поделили работу. Гвидо остался в отцовском кафе в Галерее. Давиде забрал себе производство и перенёс мастерскую на улицу Галилея. Справка Фонда Isec упоминает и маленькую фабрику ликёров и сиропов на улице Корсико.

В 1888 году фирма зарегистрировала товарный знак. В 1892-м, по данным словаря Треккани, Давиде начал выпускать новинку, сладкий десертный «Кордиал» на малиновом спирте. Новинка сразу пошла.

Главное, что сделал Давиде, было связано не с рецептами, а с тем, как о них узнают. Справочник Difford’s Guide рассказывает о его хитрости: Давиде разрешал продавать биттер другим кафе и барам, но с условием, чтобы над входом висела вывеска с фамилией Кампари. Так фамилия одного хозяина постепенно появилась на улицах множества городов.

Портал VisitMilano называет 1889 год, когда первое объявление Campari вышло в газете Corriere della Sera. С 1890 года фирма работала с графическими мастерскими Рикорди. На рубеже веков к рекламе подключились художники-плакатисты, и красные афиши Campari стали частью городского пейзажа. Difford’s Guide отсчитывает художественную рекламу марки от афиши Адольфо Хоэнштайна 1901 года.

В 1904 году производство переехало из города в новое здание в Сесто-Сан-Джованни, под Миланом. Словарь Треккани пишет, что новое здание вобрало в себя все прежние лавки и мастерские. Ручное ремесло, начатое в подвале под кафе, стало фабрикой. Сегодня в том самом здании работает музей компании, Galleria Campari.

Красный угол Галереи

Сам Гаспаре не застал ни афиш, ни фабрики. Он застал другое: мокрые монеты туринских кафе, свою первую стойку в Новаре, навес напротив собора и угол под стеклянной крышей, где у него родился сын.

В 1910 году художник Умберто Боччони написал картину «Драка в Галерее». На ней толпа в вечерних огнях теснится у входа в кафе. Журнал Savej пишет, что это кафе Кампари. Картина висит сегодня в миланской пинакотеке Брера.

А в Новаре на Углу Часов теперь есть табличка. Так у одного биттера оказалось два родных города, и оба считают его своим.

Любопытно, что настойку, которую хозяин хотел сделать «голландской», в конце концов назвали по-простому, его собственной фамилией. Покупатели решили за него. И, похоже, не ошиблись.