Хозяин пивоварни умер, оставшись должен своему бухгалтеру 276 долларов 50 центов 🍺 Бухгалтер женился на вдове, повесил над воротами свою фамилию и не дожил до слогана «Пиво, которое прославило Милуоки»: Йозеф Шлиц

В мае 2026 года в городке Верона, штат Висконсин, сварили партию пива, которую на пивоварне назвали «последним Шлицем». Компания Pabst, которой принадлежит марка, за несколько дней до этого объявила, что ставит Schlitz Premium «на паузу». Хранить и возить пиво стало слишком дорого, объяснил глава бренд-стратегии Pabst Зак Надайл, и добавил, что марка остаётся дорогой частью истории компании.

Варил прощальную партию Wisconsin Brewing Company, которая делала «Шлиц» по лицензии. Её пивовар Кирби Нельсон, как приводит телеканал Fox, сказал, что такое пиво заслужило достойные проводы. Бары Милуоки начали готовить прощальные вечера. Ограниченный тираж пообещали выпустить в конце июня.

Марке к тому времени было больше ста семидесяти пяти лет. На банке стояла фамилия человека, который начинал на этой пивоварне бухгалтером, а слогана, с которым его пиво объехало всю Америку, так и не услышал.

Сын бондаря из Майнца

Йозеф Шлиц родился в мае 1831 года в Майнце, на Рейне. В точной дате источники расходятся. Справочник «Сто лет пивоварения», изданный в 1903 году, и Википедия называют 15 мая. Немецкий историк Уве Шпикерман, который подробно разбирал документы семьи, пишет о 31 мая.

Отец, Иоганн Шлиц, был бондарем и торговал вином. В семье, которая жила бочками и погребами, мальчик с детства видел, как устроено хозяйство вокруг напитков. Учили его на бухгалтера. Шпикерман добавляет, что основы пивоварения он схватил просто потому, что вырос в этой среде.

Справочник 1903 года пишет о нём с почтением: хорошее образование, особенно по коммерческой части. Шпикерман к таким похвалам относится осторожнее. По его словам, «превосходное купеческое образование», о котором любили писать позднейшие биографы, выглядит сомнительно. Но счёт молодой человек знал, а это и стало его ремеслом.

Пароход из Гавра

Когда именно Шлиц уехал в Америку, пишут по-разному. В старых справочниках и на сайте кладбища Форест-Хоум в Милуоки стоит 1855 год. Википедия называет 1850-й.

Шпикерман нашёл судовые списки. По ним 15 июня 1849 года в Нью-Йорк пришёл из Гавра парусник «Ноэми», шестисоттонное судно из Чарлстона, которое возило через океан пассажиров и грузы. Среди пассажиров был восемнадцатилетний Йозеф Шлиц. Чиновникам он представился купцом и сказал, что собирается остаться в Нью-Йорке.

В Нью-Йорке он не остался. Сначала уехал в Гаррисберг, в Пенсильванию, где, по предположению историка, работал управляющим на пивоварне. А в 1850 году перебрался в Милуоки и нанялся бухгалтером к пивовару Августу Кругу.

Версию Шпикермана косвенно подтверждает и его поздняя биография. В 1875 году Шлиц собрался навестить родной город впервые за двадцать шесть лет. Если отсчитать назад, выйдет как раз 1849-й.

Пивоварня на Честнат-стрит

Милуоки в 1850 году был молодым городом переселенцев: городские права он получил только в 1846-м. Немцев туда ехало много, и пивоварен становилось всё больше. Первыми пиво в городе варили валлийцы, английский эль. Потом пришли немцы со своим лагером.

Август Круг был одним из них. В 1848–1849 годах он открыл на Честнат-стрит, между Четвёртой и Пятой улицами, пивной зал и при нём маленькую пивоварню. Таких заведений в Милуоки было уже десятки. В первый год, по подсчётам Шпикермана, Круг сварил около 250 баррелей пива. Это примерно восемьдесят литров в день.

Справочник 1903 года сообщает, что на углу Третьей и Уолнат-стрит Круг выкопал первые в городе подземные погреба для хранения пива. Вмещали они около ста пятидесяти баррелей. Шпикерман допускает, что это правда, но напоминает: в те годы Круг был одним из многих и ничем особенным от соседей не отличался.

В 1850 году к сыну из Германии приехал отец, Георг Антон Круг, тоже пивовар. Он привёз восемьсот долларов золотом, и эти деньги пошли в дело. Пивоварня наняла ещё людей. Работников теперь было трое, и одним из них стал новый бухгалтер, Йозеф Шлиц.

В доме Круга тогда жили пятеро: хозяин с женой, двое рабочих с пивоварни, оба баварцы, и восемнадцатилетняя девушка, скорее всего, прислуга. Жену хозяина звали Анна Мария. Она была на четыре года моложе мужа.

В 1852 году рядом с пивоварней построили концертный зал. По воскресеньям там играла музыка, и кружка пива стоила пять центов, пока играл оркестр, и три цента, когда музыка заканчивалась. Пивоварне такое соседство было только на руку.

К 1855 году пивоварня Круга выпускала около полутора тысяч баррелей в год. Хозяин смог позволить себе поездку в Германию, к родне. Соседи-немцы считали его человеком солидным: даже рекомендацию для огнеупорной плитки, которой он отделал свой дом, печатали за его подписью.

Двести семьдесят шесть долларов

В конце 1856 года Август Круг умер через несколько дней после несчастного случая на собственной пивоварне. Ему был сорок один год.

После него остались одиннадцать участков земли, оценённых в 20 050 долларов. И остались долги. К наследству предъявили претензий на 15 296 долларов 76 центов. Требования шли от двадцати четырёх человек.

Одна строчка в этом списке была особенной. Покойный хозяин остался должен собственному бухгалтеру 276 долларов 50 центов.

Вдова и бухгалтер

Позже в юбилейных биографиях фирмы появилась красивая фраза: будто Круг перед смертью оставил чёткие указания продолжать дело под присмотром своего ценного друга и служащего, мистера Шлица. Шпикерман проверил завещание. Шлиц в нём не упомянут вообще, и никаких следов такого распоряжения историк не нашёл.

Два года пивоварней владела вдова, Анна Мария Круг. Об этом времени обычно забывают, и историк считает, что роль Анны Марии в истории фирмы зря упускают из виду. Хозяйство держалось, бочки уходили покупателям, счета сходились. Вела их всё та же рука.

Шлиц знал дело изнутри. Он вложил в пивоварню свои сбережения, и она понемногу росла. Шпикерман называет это скорее практичным решением и деловым шагом, чем чьим-то заранее продуманным планом.

В 1858 году Йозеф Шлиц и Анна Мария Круг поженились. Ему было двадцать семь, ей тридцать девять 💍

Историк и этот брак описывает без сантиментов. Муж получил две трети наследства Круга и свободу распоряжаться пивоварней. Жена сохранила дело, которое когда-то начинала с первым мужем, и оно осталось в семье. Детей у неё не было.

Ничего необычного для пивоваров Милуоки в такой истории не было. За семь лет до этого, в 1851 году, умер Иоганн Браун, хозяин пивоварни City Brewery. Его вдова Луиза вышла замуж за пивовара Валентина Блатца. Капитал вдовы и деловая хватка нового мужа позволили заводу работать дальше, без остановки.

Тогда же, в 1858-м, пивоварня сменила вывеску. По данным Шпикермана, она стала называться «Йозеф Шлиц, пивоварня на Честнат-стрит». В Википедии годом переименования назван 1861-й. Так или иначе, фамилия бухгалтера появилась на воротах всего через несколько лет после того, как он пришёл туда сводить приход с расходом.

Анна Мария при этом не была тенью мужа. В 1863 году она одна, без него, съездила в Германию. Она поддерживала женскую школу в Милуоки, которую основала Матильда Франциска Аннеке, одна из первых американских феминисток немецкого происхождения.

Дом, где жили шестнадцать человек

Перепись 1860 года показала, как быстро поднялся бывший бухгалтер. Его недвижимость оценили в 25 тысяч долларов, прочее имущество ещё в 50 тысяч. Шпикерман пишет, что Шлиц уже тогда входил в число самых богатых людей Милуоки.

Дом у него при этом был устроен по-старинному. Вместе с хозяевами жили две двадцатишестилетние служанки из Австрии и четверо молодых переселенцев из Баварии, Гессена и Бадена: буфетчик, бухгалтер, пивовар и работник пивного зала. Мастер и подмастерья под одной крышей, как было принято в немецком ремесле. Шпикерман называет такой уклад «цельным домом».

Сама пивоварня росла не так быстро, как состояние хозяина. Погребов Круга на две тысячи баррелей хватало ещё в 1862 году, когда продали 1605 баррелей. В 1864 году на заводе работали от шести до восьми человек.

Дальше пошло живее. Население Милуоки с 1860 по 1870 год выросло с 45 246 до 71 440 человек, и все эти люди хотели пива. В 1865 году продали уже 4400 баррелей, в 1867-м 5578.

У Шлица появились деньги и уважение в городе. В 1866 году его избрали директором банка Второго округа. В правлении вместе с ним сидели другие пивовары, Филипп Бест и Валентин Блатц, и банк в городе прозвали «пивоварским». Шлиц был секретарём страховой компании пивоваров от пожаров. Огонь для пивоварен был бедой постоянной, и взаимная страховка была способом не разориться от одной искры.

Племянники из Вертхайма

Своих детей у Шлица и Анны Марии не было. Зато у первого мужа Анны Марии была сестра, Катарина Йозефа, которая вышла замуж за хозяина гостиницы «Корона» в маленьком городке Вертхайм на Майне. Фамилия мужа была Уйлейн.

У Уйлейнов родилось девять детей, из них семь сыновей. Восемь из девяти уехали в Америку. Шпикерман пишет, что бездетность тётки, Анны Марии, была одной из причин, по которой старший из братьев вообще отправился за океан.

Старшего звали Август Уйлейн. Он приехал в Милуоки мальчишкой ещё в 1850 году, учился в немецко-английской академии, потом в иезуитском колледже в Сент-Луисе. В 1858 году, в год свадьбы тётки, он уговорил новоиспечённого дядю взять его бухгалтером. История повторялась: на пивоварне снова сидел молодой бухгалтер из родни Кругов.

Потом Август уехал в Сент-Луис, на пивоварню братьев Уриг, дослужился там до управляющего, а в 1867 году вернулся к дяде. По переписи 1870 года он жил в доме Шлица. Дом к тому времени стал ещё теснее: под его крышей жили шестнадцать человек, пятнадцать из них немцы.

Новая пивоварня на Третьей улице

В 1870–1871 годах Шлиц построил новый завод на углу Третьей и Уолнат-стрит, там, где когда-то Круг копал свои погреба. По нынешним меркам здание было скромным: двенадцать метров в ширину, тридцать в длину. Но продажи после этого пошли вверх так, что в цифры трудно поверить.

В 1870 году завод продал 8717 баррелей. В 1871-м 12 813. В 1873-м 49 623. В 1875-м 70 491. За пять лет больше чем в восемь раз.

Объяснение этому росту потом придумали красивое. Оно и стало главной легендой марки.

Поезда в горящий город

8 октября 1871 года начался Великий чикагский пожар. Огонь прошёл через центр города, около ста тысяч человек остались без крыши над головой. Водопровод вышел из строя.

Дальше, как гласит легенда, Йозеф Шлиц отправил в Чикаго целые составы с пивом. Раз воды нет, пусть люди хотя бы пьют пиво. Благодарные чикагцы запомнили щедрость соседа, полюбили его пиво, и с тех пор оно стало «пивом, которое прославило Милуоки».

Эту историю пересказывают до сих пор. Даже в мае 2026 года, когда выходили заметки о прощании с маркой, телеканал Fox написал, что после пожара пивоварня отправила пиво в Чикаго, где люди остались без чистой воды. Википедия в статье о Йозефе Шлице пишет, что после пожара он открыл в Чикаго склад и занял большую часть местного рынка.

Уве Шпикерман называет историю про составы с пивом маркетинговым мифом. Он проверил газеты Милуоки и Чикаго за 1871 и 1872 годы. Ни одна из них о благородном жесте не написала ни строчки.

Есть и простая арифметика. В 1871 году пивоварня Шлица продала меньше тринадцати тысяч баррелей за весь год. На сто тысяч погорельцев таких объёмов хватило бы ненадолго. Историк допускает, что несколько сотен бочек в Чикаго действительно могли отправить бесплатно. Но поезда, на которых держится легенда, выглядят преувеличением.

Самое любопытное свидетельство оставил Эдвард Уйлейн, ещё один из братьев. В своих воспоминаниях он рассказывает о Чикаго после пожара подробно, но ни о каком подарке пивоварни не упоминает. Зато пишет о другом: в огне погибли девятнадцать чикагских пивоварен.

Вот это и было настоящей причиной. Огромный город остался без своего пива, а пиво людям было нужно по-прежнему. Продавать в Чикаго в тот момент было выгодно любому, кто мог туда его довезти.

Энциклопедия Милуоки, которую ведёт Висконсинский университет, пишет сдержанно: пожар на время уничтожил пивоварение Чикаго, и за следующий год продажи Шлица выросли больше чем вдвое.

Эдвард в Чикаго

Эдвард Уйлейн к тому времени был успешным торговцем. Он начинал в Сент-Луисе с бакалейной лавки, потом торговал техническими маслами и смазками, в 1867 году открыл контору в Чикаго. Пожар его дело не задел.

Шлиц предложил ему возглавить чикагское представительство пивоварни, и Эдвард согласился. Шпикерман датирует открытие этого агентства январём 1872 года и прямо связывает его с пожаром. В энциклопедии Милуоки агентство появляется раньше, в 1868 году. Возможно, речь идёт о разных ступенях одного дела.

Шпикерман подчёркивает главное. Дело было не в подарке, а в решении: Шлиц превращал пивоварню в «отгрузочную», которая продаёт не только своему городу, а везде, куда можно доставить бочку. Другие пивовары Милуоки думали так же. Фред Миллер открыл агентство в Чикаго ещё в 1867 году, Блатц и пивоварня «Юнг и Борхерт» пришли в Иллинойс в 1870-м. Чикаго был не только большим рынком на триста тысяч жителей, но и главным железнодорожным узлом, откуда пиво уходило дальше.

Когда чикагские пивоварни отстроились, цены упали, и одного Чикаго стало мало. Эдвард Уйлейн потом вспоминал, что фирма оставалась зависимой от того, сколько новых агентств ей удастся открыть по всей стране.

Генри берёт на себя завод

В 1871 году в Милуоки приехал ещё один брат, Генри Уйлейн. До этого он работал на пивоварнях Сент-Луиса и Ливенворта в Канзасе. В биографиях пишут, что приехал он по приглашению дяди, Йозефа Шлица, чтобы взять на себя практическую часть дела. Проще говоря, само пиво.

Сам Шлиц оставался хозяином, банкиром и лицом фирмы, а за варку теперь отвечал племянник. Расширение надо было на что-то строить, и под Рождество 1873 года пивоварню превратили в акционерную компанию Jos. Schlitz Brewing Company. Компания начала работать с 1 января 1874 года. Капитал, по Шпикерману, составил 400 тысяч долларов (справочник 1903 года называет вдвое меньшую сумму, энциклопедия Милуоки ставит годом 1873-й).

Август, Генри и Альфред Уйлейны вошли в совет директоров. Свои доли они оплатили частью наличными, частью обещаниями заплатить позже. Генри в том же 1874 году стал управляющим заводом. Август занял пост секретаря и казначея, который не оставлял до самой смерти.

В том же году Шлиц переехал в новый городской дом на Одиннадцатой улице, который обошёлся ему в 19 тысяч долларов. В завещании, которое он тогда составил, много говорится о жене, о братьях и больше всего о племянниках. Шпикерман видит в этом документе главное: Шлиц понимал свою фирму как семейное дело.

Пароход «Шиллер»

Весной 1875 года Йозеф Шлиц решил навестить Майнц. Он не был дома двадцать шесть лет, с тех пор как восемнадцатилетним сел в Гавре на парусник до Нью-Йорка. Теперь он был одним из самых уважаемых людей Милуоки, и плыть предстояло уже на пароходе.

Он сел в Нью-Йорке на немецкий пароход «Шиллер», который шёл в Гамбург. 7 мая 1875 года в густом тумане судно разбилось о скалы у островов Силли, у юго-западной оконечности Англии. Йозеф Шлиц домой не вернулся. Ему было сорок три года.

Его так и не нашли. На кладбище Форест-Хоум в Милуоки поставили кенотаф, памятник без погребения. Торговая палата Милуоки приняла резолюцию в его память. Состояние покойного оценили примерно в полмиллиона долларов.

Шлиц оказался человеком предусмотрительным. Жизнь его была застрахована на 50 тысяч долларов, и эти деньги, как пишет Шпикерман, помогли пивоварне расти дальше.

Четыре тысячи акций

Акций у компании было четыре тысячи. По завещанию половину получила Анна Мария, их держали в доверительном управлении душеприказчики. Братья Уйлейн к тому времени уже владели 750 акциями и получили ещё 700. Остальные разошлись по другим наследникам, в том числе 250 досталось племяннице Шлица, Кларе.

Президентом компании стал Генри Уйлейн. Август остался секретарём и казначеем, но в семье говорили, что его слово было законом. Альфред отвечал за производство в Милуоки, Эдвард за Чикаго.

Фамилию дяди братья менять не стали. Компания так и называлась Jos. Schlitz Brewing Company, и с 1876 года при ней работал собственный цех розлива в бутылки.

Анна Мария прожила вдовой ещё двенадцать лет. Жила она тихо и замкнуто в доме на Одиннадцатой улице, при ней была одна служанка, молодая женщина из Пруссии. Она умерла в 1887 году, оставив наследство в полмиллиона долларов, и её доля окончательно укрепила положение Уйлейнов в компании. Похоронили её на Форест-Хоум, у памятника мужу.

Глобус и слоган

Братья сделали то, о чём Шлиц, судя по всему, только начинал думать. В 1877 году пивоварня выпустила 78 тысяч баррелей и стояла десятой в стране. В 1884-м, с 343 900 баррелями, она была уже второй. С 1900 по 1902 год «Шлиц» был первым пивоваром Америки, а в 1902-м перешагнул миллион баррелей в год.

В 1883 году младший из братьев, Уильям Уйлейн, привёз из Копенгагена в Америку чистую культуру пивных дрожжей. Энциклопедия Милуоки пишет, что это был первый такой штамм в стране.

Эдвард Уйлейн тем временем разбогател настолько, что занялся орхидеями. Шпикерман пишет, что его коллекция в Чикаго насчитывала около пяти тысяч сортов редких орхидей и была известна далеко за пределами Америки. За пальмами и орхидеями он ездил на Борнео, Суматру и Цейлон 🌺

А потом появились два символа, по которым «Шлиц» узнавали следующие сто лет. Первый был глобус, опоясанный лентой с названием пива. Второй был слоган: «Пиво, которое прославило Милуоки».

Когда именно они появились, источники опять спорят. Энциклопедия Милуоки вслед за Шпикерманом называет 1892 год для глобуса и 1894-й для слогана. На сайте самой компании когда-то стояли 1886 и 1893 годы. Телеканал PBS Wisconsin тоже называет 1893-й.

При любой из этих дат выходит одно и то же. Слоган придумали лет через восемнадцать–девятнадцать после того, как Йозефа Шлица не стало. Человек, чья фамилия стояла на каждой бутылке, этих слов так и не услышал 🍺

А связку «пожар, поезда с пивом, слава» Википедия в статье о компании тоже называет современным мифом, выросшим из позднейшей рекламы.

Сто лет после бухгалтера

Пиво с его фамилией пережило очень многое. Когда в Америке запретили алкоголь, компания продержалась и эти годы, а слоган переделала в «Напиток, который прославил Милуоки». Семья Уйлейн держалась вместе и после отмены запрета в 1933 году быстро вернула марку на прилавки.

В 1934 году, по данным Википедии, «Шлиц» стал самым продаваемым пивом в мире. В 1950-е он несколько раз менялся первым местом с Anheuser-Busch.

Беда пришла изнутри. С конца 1960-х компания начала экономить на рецепте и ускорять брожение. Энциклопедия Милуоки пишет, что покупатели решили, будто качество упало, и Википедия с этим согласна: пиво потеряло во вкусе. В 1976 году пришлось отзывать десять миллионов бутылок. Продажи рухнули.

В 1981 году на заводе в Милуоки началась забастовка, переговоры зашли в тупик, и совет директоров закрыл завод. В 1982-м компанию купила Stroh Brewing, а в 1999-м марка вместе с ней перешла к Pabst. Старые корпуса на Третьей улице в середине 1980-х переделали в офисный центр, который так и называется: Schlitz Park.

В 2008 году Pabst вернул «Шлиц» на полки. А в мае 2026-го поставил марку на паузу, не исключив, что когда-нибудь вернёт её снова.

Строчка в описи

Если вернуться к самому началу, всё выглядит почти как анекдот. Хозяин маленькой пивоварни умирает, оставив долги. В списке кредиторов есть его бухгалтер, которому недоплатили 276 долларов 50 центов. Бухгалтер остаётся, вкладывает в дело собственные сбережения, через два года женится на вдове и ставит на ворота своё имя.

Дальше дело ведут племянники первого хозяина. Слава к пиву приходит уже без того, чья фамилия стоит на этикетке. А самый известный рассказ о нём, про поезда с пивом в горящий Чикаго, историки так и не смогли подтвердить ни одной газетной строчкой.

Зато подтверждается другое. Фамилия бухгалтера из Майнца продержалась на пиве больше ста пятидесяти лет. И когда весной 2026 года в Вероне варили последнюю партию, на банке стояло его имя, а не имя Круга, который начинал всё это с одного пивного зала на Честнат-стрит.