В восемь лет мать отвела его на танцы. Во дворе за это били, и танцевать он бросил на семь лет.
Юджин Карран Келли родился 23 августа 1912 года в питтсбургском районе Ист-Либерти, третьим из пятерых детей.
Отец, Джеймс Патрик Джозеф Келли, торговал патефонами и был родом из канадского Питерборо, из ирландской семьи. Дед по матери приехал из ирландского Дерри, бабка была немецких кровей.
Мать, Харриет Катерин Карран, решила, что дети будут заниматься танцами. Записала всех: двух сыновей и двух дочерей.
Мальчишки взбунтовались сразу.
«Нам это совсем не нравилось, и мы постоянно дрались с соседскими ребятами, которые обзывали нас девчонками, — вспоминал он потом. — К танцу я не возвращался до пятнадцати лет».
Драки он в итоге выиграл, а танцы бросил.
Мечтал он тогда совсем о другом. Мечтал играть шорт-стопом за родной «Питтсбург Пайрэтс».
К пятнадцати годам он был крепким, спортивным и вполне мог за себя постоять. Тогда он и вернулся к танцу, уже по собственному решению.
Начальную школу он окончил в районе Морнингсайд, среднюю, Пибоди, в шестнадцать. Поступил в Пенсильванский колледж на журналистику.
После биржевого краха двадцать девятого года учёбу пришлось оставить: семье были нужны деньги, и он пошёл работать.
Заработок нашёлся неожиданный. Вдвоём с младшим братом Фредом они сочиняли танцевальные номера и возили их по местным конкурсам самодеятельности, где победителям платили. Потом стали выступать в питтсбургских ночных клубах.
В 1931 году он поступил в Питтсбургский университет, на экономический. Вступил в студенческое братство и в клуб Cap and Gown, который ставил собственные мюзиклы.
Диплом он получил в 1933-м и остался при клубе режиссёром: с 1934 по 1938 год он ставил там спектакли.
Тогда же он подал документы на юридический факультет и был принят.
А дома у семьи была студия танца.
Открыли её в питтсбургском районе Сквиррел-Хилл. В 1932 году переименовали в «Студию танца Джина Келли», в 1933-м открыли второй филиал в Джонстауне. Он преподавал там всё время, пока учился сам, сначала как студент, потом как будущий юрист.
В 1931 году к нему обратилась питтсбургская синагога Бет-Шалом: нужен был человек, который научит танцевать и поставит ежегодный праздник. Дело пошло, и его оставили в этой роли на семь лет, до самого отъезда в Нью-Йорк.
Юридический факультет он бросил через два месяца.
Причину он объяснял просто: преподавание и сцена приносили больше и нравились больше. Со временем, впрочем, разонравилось и преподавание.
«Я разочаровался в преподавании, потому что девочек приходило больше, чем мальчиков, раз в десять, а как только девочкам исполнялось шестнадцать, они бросали занятия», — говорил он позже.
К 1937 году он поднял семейную школу так, что она работала сама. И уехал в Нью-Йорк.
Дальше был Бродвей, потом Голливуд, «Американец в Париже» и «Поющие под дождём».
Свой подход к танцу он формулировал так: танец для обычного человека. Ему хотелось, чтобы движение на экране выглядело не как балет, а как то, что мог бы сделать любой парень с улицы, если бы очень захотел.
Тот самый парень, которого во дворе Ист-Либерти дразнили девчонкой.
