К 2004 году станция Киси в японской префектуре Вакаяма подошла к своему концу. Линия Кисигава была убыточной, пассажиров становилось всё меньше, штатного начальника станции сократили ради экономии. Дальше по всем расчётам следовало закрытие: маленькая ветка, старые вагоны, дачные посёлки вокруг.
Жители протестовали. Ветку оставили, передав другому оператору, но чуда никто не ждал: чтобы линия ожила, нужны были пассажиры, а взяться им было неоткуда.
При станции, как это часто бывает, жили кошки. Их подкармливали пассажиры и женщина, у которой рядом был небольшой магазин. Одна из кошек, трёхцветная, родилась 29 апреля 1999 года и звалась Тама. Перрон она считала своим с детства: спала на скамейке, встречала поезда, уходила и возвращалась.
5 января 2007 года компания-оператор сделала то, что в первый день выглядело как рекламный трюк из отчаяния.
Она назначила Таму начальником станции. Официально.
Кошке сшили фуражку с эмблемой линии. Выделили кабинет — переоборудованную будку у турникета, с лежанкой и когтеточкой. Назначили жалованье, которое выплачивалось кормом. В служебной инструкции значилась одна обязанность: встречать пассажиров.
Первыми приехали журналисты. Потом фотографы. Потом обычные люди, которые прочитали заметку и решили посмотреть своими глазами.
Дальше сработал механизм, который экономисты потом разбирали всерьёз.
Человек ехал за час, за два, за полдня, чтобы увидеть кошку в фуражке. Билет он покупал у этой же компании. Приехав, он покупал сувенир, ел лапшу в кафе неподалёку, фотографировался у вывески. Потом выкладывал снимок, и на следующих выходных приезжали ещё десять человек.
Через год Таму повысили до «супер-начальника станции». В 2010 году она стала операционным директором. В январе 2011-го — управляющим исполнительным директором. В январе 2013 года ей присвоили должность почётного президента компании пожизненно.
Под неё перестроили саму станцию: новое здание сделали в виде кошачьей морды, с окнами-глазами и деревянными ушами на крыше. По линии пустили специальный поезд, разрисованный кошками снаружи и внутри, с книжными полками и детским уголком.
Экономический эффект от всей этой истории исследователи потом оценили примерно в 1,1 миллиарда иен для местной экономики.
Ветку, которую собирались закрыть, спасла кошка, которую никто не покупал, не выводил и не привозил специально. Она просто там жила.
У Тамы были помощницы — другие станционные кошки, которых тоже зачислили в штат. Была и официальная ученица, Нитама: её готовили на смену заранее, как готовят преемника в любой нормальной компании.
Тама умерла 22 июня 2015 года, в шестнадцать лет, от сердечной недостаточности. Это очень много для кошки, которая начинала жизнь на улице.
Проститься с ней приехали тысячи людей со всей страны. Рядом со станцией ей поставили небольшое святилище, и туда до сих пор приносят корм и игрушки.
Нитама заняла её место и работает по сей день. Поезд с кошками ходит. Станция стоит, и люди приезжают.
А начиналось всё с того, что на убыточной ветке кто-то догадался не прогонять кошек с перрона.
