В цирке есть железная иерархия жанров. Воздушные гимнасты, хищники, лошади, акробаты, жонглёры. Клоун в этой иерархии стоит особняком: он выходит, когда меняют реквизит, и его работа — не дать залу заскучать.
Юрий Куклачёв начинал именно клоуном. Родился 12 апреля 1949 года в посёлке Подрезково под Москвой, в семье, далёкой от манежа. И к кошкам его биография поначалу не имела никакого отношения.
История, с которой всё началось, звучит буднично. По его собственным рассказам, на гастролях он подобрал бездомного котёнка. Обычного, дворового. Назвал Кутькой и забрал домой.
Дальше могло не случиться ничего. Кот и кот, живёт себе.
Но клоун — это человек, который профессионально смотрит на смешное. И он заметил простую вещь: кот делает что-то забавное сам по себе, без всякого приказа. Прыгает в тазик. Ходит по краю. Виснет на занавеске.
Отсюда выросло правило, которое до сих пор вызывает споры у коллег по цеху.
Кошку нельзя дрессировать в привычном смысле слова. Собака работает за похвалу и очень хочет угодить. Лошадь работает в упряжке команд. А кошка не работает ни за что: она делает то, что ей самой интересно, и ровно столько, сколько ей интересно.
Значит, весь метод переворачивается. Не «научить трюку», а «подсмотреть склонность». Один кот обожает залезать в узкие ёмкости — из этого получается номер с кастрюлями. Другой не может пройти мимо катящегося шарика — вот вам футбол. Третий любит спать на плече хозяина — и это тоже номер, только лирический.
Отсюда же и второе правило: никаких наказаний. Наказанная кошка не начинает слушаться, она просто уходит и больше не выходит на манеж никогда.
Труппа собиралась годами. Артистов подбирали в подворотнях, у мусорных баков, приносили сердобольные зрители. Породистых там почти нет: обычные дворовые коты, которых нашли, отмыли, вылечили и разглядели.
23 февраля 1990 года открылся Театр кошек — первый в мире. Ему отдали здание бывшего кинотеатра «Призыв» на Кутузовском проспекте, и то, что раньше было залом с рядами кресел, превратилось в сцену с кошачьими домиками, лесенками и трубами.
Народным артистом РСФСР Куклачёв стал ещё до этого, в 1986 году.
Сейчас ему семьдесят шесть. Он художественный руководитель театра. Ездит по школам с программой, которую называет «Уроками доброты»: разговор с детьми не про трюки, а про то, что живое существо нельзя бить и нельзя выбрасывать. Пишет книги.
И вот здесь появляется человек, которого в афишах нет.
Его жена Елена Исааковна родилась в 1948 году. Она рядом с ним всю взрослую жизнь. В театре, где живут десятки кошек, есть работа, которую зритель не видит никогда: кормление по графику, ветеринар, карантин для новеньких, уборка, лоток, лекарства, ночные дежурства у заболевшего кота. Кто-то должен всем этим заниматься каждый день, включая тот день, когда премьера.
У Куклачёвых трое детей: Дмитрий родился в 1975 году, Екатерина — в 1980-м, Владимир — в 1983-м. Дети выросли за кулисами, среди кошек, и в театре в итоге остались.
Получилась семейная история, довольно редкая для нашего цирка: не династия громких имён, а хозяйство, которое держится на двоих.
Зрители приходят на номера. Смеются, когда кот идёт по канату задом наперёд, ахают, когда рыжий прыгает с высоты в руки. И почти никто не думает о том, что за каждым таким прыжком стоят годы наблюдения за конкретным котом.
Собственно, в этом и весь метод, к которому Куклачёв пришёл когда-то через уличного котёнка по имени Кутька: не переделывать живое существо под себя, а внимательно смотреть, что оно умеет само.
