Его узнают со спины. Достаточно услышать эту скороговорку, увидеть взмах руками, и зритель уже улыбается заранее: сейчас будет смешно. Александр Панкратов-Чёрный сорок лет подряд играл людей, над которыми принято смеяться по-доброму, и делал это так, что смеялась вся страна.
А начиналось всё в деревне Конёво Панкрушихинского района Алтайского края, где он родился 28 июня 1949 года.
Фамилия у него была самая обычная — Гузев. Никакого «Панкратова», никакого «Чёрного». Всё это появилось позже и, если честно, по чистой случайности.
Во ВГИКе на его курсе оказался ещё один Александр Панкратов, тоже будущий режиссёр. Два человека с одинаковыми именем и фамилией в одной мастерской — это путаница в списках, путаница в титрах и путаница в разговорах. Приставку он взял себе сам, чтобы никого не путать. С ней и остался на всю жизнь.
Вторая деталь, которую обычно проговаривают вскользь: во ВГИК он поступал не на актёрский. Он учился на режиссуру.
И работал по специальности. В 1979 году вышел его «Взрослый сын». Потом «Похождения графа Невзорова» по Алексею Толстому. Потом «Салон красоты». Потом, уже на сломе эпох, «Система „Ниппель“». Четыре полнометражные картины — биография, которой хватило бы иному режиссёру целиком.
Но параллельно случилась «Сибириада» Кончаловского, где он сыграл Саню. И зрители запомнили лицо.
Дальше механика простая и знакомая всем характерным актёрам. Одна удачная роль тянет за собой десять похожих. «Жестокий романс», «Забытая мелодия для флейты», десятки комедий девяностых, где он был обязательным элементом афиши. Позже — Стёпа Лиходеев в «Мастере и Маргарите». А ещё голос: почтальон Печкин в «Весне в Простоквашино» говорит именно им.
Народного артиста России ему присвоили в 2009 году.
Теперь про то, о чём не пишут в афишах.
Он пишет стихи. Не «балуется в свободное время», а пишет всерьёз и давно. В 1996 году вышла книга «Шаги к стихам», в 2018-м — «Судьба-злодейка». Люди, которые случайно попадали на его творческие вечера, часто рассказывают одно и то же: ждали анекдотов, а получили полтора часа поэзии, и это было совсем не то, чего ждал зал.
Здесь и прячется главный контраст этой биографии.
Экранный Панкратов-Чёрный — человек шумный, размашистый, немного нелепый. Тот, кому в кадре положено суетиться, чтобы вокруг него всё вертелось. Настоящий Панкратов-Чёрный — деревенский мальчишка с Алтая, который выучился на режиссёра, снял четыре фильма, а вечерами складывает строчки в тетрадь.
Про личную жизнь он говорит немного. Известно, что был женат трижды, третья жена — Юлия Владимировна, и что сын Владимир родился в 1980 году.
Про своё детство он рассказывал не раз: послевоенная алтайская деревня, где хлеб считали, а до райцентра добирались как получится. Оттуда до режиссёрской мастерской в Москве — расстояние, которое измеряется не километрами.
Может быть, поэтому его комические герои никогда не выглядели глупыми. Смешными — да. Суетливыми — сколько угодно. Но за каждым из них всегда просвечивал человек, который знает цену куску хлеба и не собирается никого этим попрекать.
А зрители до сих пор кричат ему в спину реплики из старых комедий. Он, судя по рассказам коллег, отвечает всем и никогда не проходит мимо.
