Почти семь лет в солдатской шинели, а после войны во ВГИКе ему сказали: актёрских способностей нет 😯 И он пошёл учиться на клоуна: Юрий Никулин

Повестка пришла осенью 1939 года. Юрию Никулину не исполнилось ещё и восемнадцати: день рождения у него в декабре, а в Красную армию его призвали 18 ноября, сразу после школы.

Домой он вернулся 18 мая 1946 года. Между этими двумя датами уместились шесть с половиной лет, две войны и вся его юность.

Потом он пошёл поступать в артисты. И ему отказали.

Мальчик из Токмакова переулка

Родился он 18 декабря 1921 года в Демидове, маленьком городке Смоленской губернии. Отец, Владимир Андреевич, до революции успел поучиться на юридическом в Московском университете, а в Демидове возился с самодеятельным театром: ставил спектакли, сам в них играл, ещё и футбольную команду в городе завёл. Мать, Лидия Ивановна, тоже играла на сцене.

В 1925 году семья перебралась в Москву. Жили в коммуналке в Токмаковом переулке, недалеко от Разгуляя. Того дома давно нет.

Учился Юра в школе № 349, куда частенько заглядывали писатели. Бывал там и Аркадий Гайдар. Мальчишка рос весёлым, любил розыгрыши и анекдоты, запоминал их сотнями. Эту привычку он пронёс через всю жизнь, и много лет спустя она превратится в целую телепередачу.

Но до этого было ещё очень далеко.

Зенитная батарея под Сестрорецком

После выпускного его направили в шестую батарею зенитного артиллерийского полка. Шла советско-финская война, и батарея стояла под Сестрорецком: охраняла воздушные подступы к Ленинграду.

Зима выдалась лютой. Восемнадцатилетний солдат учился тому, чему в школе не учат: держать небо, спать урывками, не жаловаться.

Финская кончилась весной сорокового. Отпускать по домам никого не стали.

А летом сорок первого началась большая война.

Никулин остался под Ленинградом, в том же полку. Блокадный город был у зенитчиков за спиной, и каждую ночь над ним надо было держать небо.

Весной 1943 года его контузило. Госпиталь, лечение, а потом перевод в 72-й отдельный зенитный артиллерийский дивизион. Там он стал командиром отделения разведки, позже помощником командира взвода.

Победу он встретил в Курляндии. Но и после победы демобилизации пришлось ждать: ещё год службы на территории Восточной Пруссии.

Домой старший сержант Никулин вернулся в мае 1946-го. На гимнастёрке медаль «За отвагу». Изначально его представляли к ордену Славы III степени, но в итоге дали медаль. Рядом «За оборону Ленинграда» и «За победу над Германией».

Ему было двадцать четыре года. Из них почти семь он провёл в шинели.

«Актёрских способностей не обнаружено»

Сын двух актёров из демидовского театра, человек, который с юности собирал анекдоты и умел рассмешить кого угодно, решил, что его место на экране. Вот и пошёл во ВГИК.

Председателем приёмной комиссии там был Сергей Юткевич, известный кинорежиссёр. Он посмотрел на вчерашнего старшего сержанта и вынес вердикт: актёрских способностей нет.

Никулин не сдался и пошёл в ГИТИС, на театральный факультет. Здесь комиссию возглавлял С. Гушанский. И он тоже не нашёл в молодом человеке актёрских задатков.

Два отказа подряд. Человек, который прошёл блокадное небо, вернулся домой и услышал от профессионалов: не годишься.

Многие на его месте пошли бы работать куда возьмут. Время было голодное, на руках ни профессии, ни денег.

Никулин выбрал другой путь. Он пошёл туда, где не требовали быть героем-любовником с правильным профилем: в школу-студию разговорных жанров при Московском цирке на Цветном бульваре.

Учиться на клоуна.

Почти семь лет в солдатской шинели, а после войны во ВГИКе ему сказали: актёрских способностей нет 😯 И он пошёл учиться на клоуна: Юрий Никулин

Ассистент Карандаша

Студию он окончил в 1948 году. Первый выход на манеж состоялся 25 октября 1948-го: реприза в паре с Борисом Романовым, называлась она «Натурщик и халтурщик». Название смешное, а волновался дебютант по-настоящему.

Вскоре его взяли в ассистенты к самому Карандашу. Михаил Румянцев был тогда самым знаменитым клоуном страны, на него ходили семьями, его маленькую фигурку в широкополой шляпе узнавал любой ребёнок. Работать рядом с таким мастером означало учиться каждый вечер: ритму, паузе, умению держать зал.

Среди помощников Карандаша оказался ещё один молодой человек, Михаил Шуйдин. Тоже фронтовик, тоже прошёл войну от начала до конца. По характеру они были совсем разные. Никулин мягкий, медлительный, с вечной полуулыбкой. Шуйдин собранный, резкий, точный.

Вместе они колесили с Карандашом по гастролям, набирались опыта, смотрели, как мастер строит номер.

Через два с половиной года случился рабочий конфликт, и в 1950-м Никулин с Шуйдиным ушли от Карандаша. Ушли вдвоём.

Так появился дуэт «Никулин и Шуйдин». Растерянный простак в кургузом пиджачке и коротких полосатых брюках и его энергичный партнёр. Около тридцати лет они выходили на манеж вместе, и зрители цирка на Цветном бульваре знали их репризы наизусть.

Примерно тогда же, в декабре 1949-го, в цирк привезли маленькую лошадку для нового номера Карандаша. Вместе с лошадкой приехала студентка Тимирязевской академии Татьяна Покровская. Через полгода она стала Татьяной Никулиной, и это совсем отдельная история.

Дебют в тридцать шесть лет

В кино его по-прежнему не звали. Тот самый «нет способностей» вердикт будто продолжал действовать.

Первая роль случилась в 1958 году, когда Никулину было тридцать шесть. Эпизод в «Девушке с гитарой»: пиротехник, у которого всё взрывается не вовремя. Пара минут на экране. Но зрители запомнили этого нелепого человека с печальными глазами.

А в 1961 году Леонид Гайдай снял короткометражку «Пёс Барбос и необычный кросс». Трое браконьеров глушат рыбу, а пёс приносит им их же динамит обратно. Трус, Бывалый и Балбес. Георгий Вицин, Евгений Моргунов и Юрий Никулин.

Страна смеялась так, что эту троицу тут же позвали в следующие фильмы. «Самогонщики», «Операция „Ы“», «Кавказская пленница». Балбес стал народным героем, его реплики разошлись на цитаты.

Сам Никулин, кстати, больше всего ценил как раз первые короткометражки. Об этом он честно написал в книге «Почти серьёзно…», а «Кавказскую пленницу» считал не самой удачной в серии.

Потом были «Бриллиантовая рука», «12 стульев», «Старики-разбойники». Семён Семёнович Горбунков с загипсованной рукой и его «Буду краток» ушли в народ так же, как когда-то Балбес.

Война вернулась на экране

Комиков в советском кино любили, но в серьёзные роли брали неохотно. Никулину пришлось доказывать, что он умеет и по-другому.

Первым это понял Лев Кулиджанов. В фильме «Когда деревья были большими» (1961) Никулин сыграл Кузьму Иорданова, опустившегося одинокого человека, который пытается выдать себя за отца девушки-сироты. Ни одной смешной гримасы, только усталость и стыд, спрятанные за бравадой.

Андрей Тарковский позвал его в «Андрея Рублёва», на трагическую роль монаха Патрикея. В «Ко мне, Мухтар!» он сыграл милиционера-кинолога Глазычева, который взял к себе пса, когда того собирались списать.

А потом к нему вернулась его собственная юность.

В 1975 году Сергей Бондарчук снимал «Они сражались за Родину» по Шолохову. Никулин сыграл там рядового Некрасова. Кому, как не ему, было знать, как солдат держит ложку, как спит на земле и как шутит перед боем. Сам почти семь лет носил шинель.

Через год Алексей Герман пригласил его в «Двадцать дней без войны» по Константину Симонову. Главная роль, военный журналист Лопатин, приехавший с фронта в тыловой Ташкент. Утвердить Никулина было непросто: Госкино долго спорило с режиссёром. Спор решило вмешательство самого Симонова, и роль осталась за Никулиным.

Играл он её сдержанно и просто, без нажима. Без единой привычной зрителю смешинки.

«Ну и хорошо, что не взяли»

Слава к тому времени была такая, что приёмным комиссиям оставалось только развести руками.

Издание «Коммерсантъ» приводит такую историю. Однажды Ростислав Плятт заметил Юрию Завадскому, профессору ГИТИСа: вот, не взяли Никулина, а смотрите, какой из него вышел актёр! Завадский будто бы ответил: «Ну и хорошо, что не взяли, — а то бы испортили!»

Было ли так на самом деле, проверить уже нельзя. Но байка точная: у Никулина не было ни одной правильной актёрской школы, кроме манежа. Цирк учил его тому, чего не дают на лекциях, а фронт научил держаться, когда тяжело.

Хозяин цирка на Цветном

В 1981 году, когда ему исполнилось шестьдесят, Никулин перестал выходить на манеж клоуном и стал главным режиссёром родного цирка. С 1982 года он директор и художественный руководитель цирка на Цветном бульваре.

При Никулине цирк на Цветном построили заново, и 29 сентября 1989 года новый зал принял первых зрителей. Он помогал артистам, которые уже не могли работать: основал фонд для цирковых пенсионеров. В общей сложности он отдал цирку почти полвека.

В 1979 году вышла его книга «Почти серьёзно…». В ней есть и война, и цирк, и кино, и, конечно, анекдоты. Книжное издание 1979 года вышло тиражом 130 тысяч экземпляров.

В 1983-м Ролан Быков снял «Чучело», и Никулин сыграл там дедушку Лены Бессольцевой. Старика, которого в городе считают чудаком, а он молча собирает картины своего предка и в последней сцене отдаёт их городу. Одна из последних больших ролей и, может быть, самая тихая.

А в девяностые он вёл на телевидении «Клуб „Белый попугай“». Мальчишка из Токмакова переулка, который запоминал анекдоты сотнями, наконец получил для них целую студию. Зрители слушали, как Никулин рассказывает очередную историю, и смеялись вместе с ним.

Имя на фасаде

В декабре 1996 года Юрию Никулину исполнилось семьдесят пять. К юбилею цирку на Цветном бульваре присвоили его имя. Этот день рождения оказался последним.

Сейчас у входа в цирк стоит памятник: Никулин в образе своего клоуна, рядом машина-кабриолет из знаменитой репризы. К бронзовой фигуре подходят дети, которые не видели ни «Бриллиантовой руки», ни «Пса Барбоса», но всё равно улыбаются. Будто чувствуют, что этот человек был добрый.

Медаль «За отвагу» и отказ приёмной комиссии. Блокадное небо и смех целого зала. Почти семь лет в шинели и почти полвека на манеже.

Председатель комиссии ВГИКа не нашёл в нём актёрских способностей. Их нашла вся страна.

Фото: Главархив Москвы (mos.ru), фотограф М. Окушко (1977) и архивный портрет 1960-х, CC BY 4.0

ReadMe -  у нас все самое интересное.