«Касаткины тут не проживают!» Фронтовик пришёл с букетом на день рождения к будущей укротительнице тигров и попал к чужим людям 💐

Весной сорок шестого года по коридору ГИТИСа шла студентка с пышными светлыми волосами. Через девять лет её узнает вся страна: девушка, которая входит в клетку к тиграм в расшитом блёстками костюме. А пока она просто спешит на занятия, и на неё засматривается молодой человек постарше.

Звали его Сергей Колосов. Фронтовик, на четыре года старше, прошёл и финскую, и Великую Отечественную, был ранен. Историю их знакомства много лет спустя пересказал их сын, джазовый композитор Алексей Колосов. По его словам, отец увидел Людмилу Касаткину в мае 1946-го, «где-то в коридоре института», как раз накануне её дня рождения. И сразу решил, что надо знакомиться.

Он подошёл, представился и позвал её на свидание.

Она улыбнулась и сказала, что завтра у неё день рождения. Пусть приходит в гости. И продиктовала адрес.

На следующий день Колосов надел парадный костюм, купил цветы и поехал. Нашёл дом, поднялся, позвонил. Дверь открыли совершенно незнакомые люди. Посмотрели на кавалера с букетом и вежливо объяснили:

— Нет-нет, молодой человек, вы ошиблись, Касаткины тут не проживают!

Адрес был выдуман. Будущая жена над ним просто подшутила.

Можно представить, как он спускался по лестнице с этим букетом. Человек, который прошёл две войны, стоит на чужой площадке в парадном костюме, а за дверью кто-то, наверное, ещё посмеивается.

Через несколько дней они столкнулись в том же коридоре ГИТИСа. Колосов ничего не сказал, только посмотрел с упрёком. И она извинилась. Улыбнулась так искренне, что сердиться дальше у него не получилось.

С этого и началась дружба. Именно дружба, долгие прогулки и разговоры, без признаний.

Людмиле в тот май исполнился двадцать один год, и за плечами у неё уже была своя непростая история. Родилась она 15 мая 1925 года в деревне Новое Село на Смоленщине. В 1928-м семья, опасаясь раскулачивания и ссылки, перебралась в Москву.

Девочка мечтала о балете. Занималась на хореографическом отделении студии при консерватории, а в четырнадцать с балетом пришлось расстаться: подвело здоровье, сломанная нога поставила точку. Тогда она пошла в студию художественного слова при Дворце пионеров. В 1943-м, в самый разгар войны, поступила в ГИТИС.

Сергей был из тех, кто в любви признаваться не спешит. Он молчал, гулял с ней, провожал. А она, как потом рассказывали в семье, догадалась обо всём сама.

И помогла ей в этом кисточка винограда.

Студенты поехали на гастроли на юг, к морю. Денег у всех было в обрез, у Колосова особенно. Он нашёл в кармане последнюю мелочь, подошёл к киоску и купил маленькую кисточку винограда. Не себе. Ей.

Сын потом пересказывал этот эпизод со слов матери: именно тогда она и поняла, что он влюблён. Не по словам, которых не было, а по этой кисточке, отданной за последние копейки.

Поженились они в 1950 году. Свадьба была скромной, в квартире родителей Людмилы, без ресторанов и длинных столов.

К тому времени она уже три года служила в Центральном театре Советской армии. Пришла туда в 1947-м, сразу после ГИТИСа, и не уходила больше никогда, за всю жизнь сыграв там больше шестидесяти ролей. Колосов тоже работал в этом театре, ассистентом режиссёра, а параллельно учился. Так они и жили: одна сцена, одна квартира, одна жизнь на двоих.

А в 1954-м случилось кино.

«Касаткины тут не проживают!» Фронтовик пришёл с букетом на день рождения к будущей укротительнице тигров и попал к чужим людям 💐

Ленинградский «Ленфильм» снимал цирковую комедию «Укротительница тигров». На главную роль, Лену Воронцову, девушку, которая мечтает работать с хищниками, взяли театральную актрису, ни разу до этого не снимавшуюся. Касаткиной было двадцать девять.

Фильм вышел в марте 1955 года и стал вторым в прокате того года: его посмотрели 36,7 миллиона зрителей. Критик Ростислав Юренев писал, что в первую очередь нужно отметить успех молодой, впервые снимавшейся в кино актрисы. Белокурая девушка в чёрном расшитом костюме, тигр Пурш, который в фильме играл самого себя, мотоциклист Фёдор в исполнении Павла Кадочникова. Фильм потом много раз показывали по телевизору.

В самых опасных сценах с хищниками, как пишут, Касаткину подменяла настоящая дрессировщица Маргарита Назарова. Но лицо укротительницы, которое запомнила страна, было её.

Про съёмки ходили и другие разговоры. Партнёром был Кадочников, и коллеги шептались о романе. Внучка актёра Наталья потом передавала его слова: «Работая над картиной, я всегда немножко влюбляюсь в свою партнершу, а иначе как мне с ней играть?» Что бы ни шептали в съёмочной группе, дома Касаткину ждал Колосов, и семья у неё была одна на всю жизнь.

Дальше они работали вместе почти всю жизнь. В 1961-м он снял «Укрощение строптивой», и она сыграла Катарину. В 1964-м вышел «Вызываем огонь на себя», где Касаткина стала партизанкой Анной Морозовой. Потом были «Помни имя своё», «Мать Мария», «Дороги Анны Фирлинг». По подсчётам журналистов, всего она снялась в двенадцати его фильмах.

Режиссёром он был требовательным, и поблажек жене не делал. Для «Помни имя своё», где она играла мать, разлучённую с сыном в Освенциме, Касаткина сидела на чае с лимоном и мёдом и сбросила двенадцать килограммов. Сын вспоминал: «Когда отец брался за историческую картину, достоверность для него была на первом месте». И добавлял про мать: «Осознавала: раз Колосов просит — значит, это нужно для результата».

В 1958 году у них родился сын Алексей. Сейчас он известный джазовый музыкант. В детстве, по его словам, он стеснялся маминой славы: на улице на них все оборачивались.

А ещё её голос знает каждый, кто вырос на советских мультфильмах. Пантера Багира в «Маугли» говорит голосом Людмилы Касаткиной. Низким, спокойным, чуть насмешливым.

Вместе они вели актёрскую мастерскую в ГИТИСе, в том самом институте, где когда-то встретились в коридоре. Народной артисткой СССР она стала в 1975 году.

«Папа мамой очень дорожил», — говорил Алексей Колосов.

Последний раз на сцену своего театра она вышла 29 июня 2011 года. В тот год Сергей Николаевич тяжело заболел и долгие месяцы провёл в больнице, она навещала его каждый день.

Колосова не стало 11 февраля 2012 года. Ему было девяносто. Людмила Ивановна пережила его ровно на одиннадцать дней и ушла 22 февраля. Сын считает, что от тоски.

Их похоронили рядом, на Новодевичьем кладбище. На общем камне выбиты слова: «любовь не подвержена действию времени».

От чужой двери с букетом до этого камня прошло почти шестьдесят шесть лет. Больше шестидесяти из них они были мужем и женой.

Наверное, Касаткина и сама не раз вспоминала тот майский день. Как отправила фронтовика по выдуманному адресу. И как он, вместо того чтобы обидеться навсегда, просто посмотрел на неё с упрёком в коридоре ГИТИСа.

ReadMe -  у нас все самое интересное.