«Ну, за охоту!» — эту фразу в стране знают все, включая тех, кто фильм не смотрел.
Человека, который её произнёс, звали Алексей Булдаков. И к моменту, когда он её произнёс, ему было сорок четыре года и за плечами тринадцать лет работы в кино, о которой не знал почти никто.
Родился он двадцать шестого марта пятьдесят первого года на Алтае.
Семья потом переехала в Казахстан, в Павлодар, — и там прошло всё детство и вся юность.
Мальчишка занимался боксом и греко-римской борьбой, вырос широким, тяжёлым, с той самой фактурой, из-за которой человека потом всю жизнь зовут на роли начальников и военных.
В артисты он попал не сразу и не через московский вуз.
Работал, ходил в самодеятельность, потом устроился в театр — и учился прямо на сцене, у тех, кто был рядом.
В кино дебютировал в восемьдесят втором, в картине «Сквозь огонь». Роль была маленькая.
С восемьдесят пятого по девяносто третий Булдаков служил в Театре-студии киностудии «Беларусьфильм» в Минске.
Это была нормальная актёрская жизнь: эпизоды, вторые планы, командировки, съёмки в чужих городах, гостиницы. Его лицо начинало казаться знакомым, но фамилию не помнил никто.
Потом развалилось кино целиком — и на несколько лет в профессии стало пусто примерно у всех.
А в девяносто пятом Александр Рогожкин снимал комедию «Особенности национальной охоты» и позвал его на роль генерала.
Генерал Иволгин получился таким, каким его никто не планировал.
Он не смешной «по сценарию» — он смешной по существу: добродушный, чугунно-серьёзный в самые нелепые моменты, произносящий тосты с интонацией человека, который отвечает за судьбы страны.
Фильм вышел — и Булдаков проснулся знаменитым в сорок четыре года.
Дальше были продолжения: «Особенности национальной рыбалки», «Особенности национальной охоты в зимний период», ещё несколько картин той же компании.
Генерал стал народным типажом. Его цитировали, его переклеивали на открытки, его голосом говорили в каждой второй компании у мангала.
У этого была и обратная сторона, о которой Булдаков говорил спокойно и без обиды: после Иволгина его звали в основном играть Иволгина.
Роли шли одна за другой, и почти в каждой требовался «тот самый генерал» — китель, усы, тост.
Он не жаловался. Говорил, что грех жаловаться на роль, которая тебя вытащила.
При этом снимался он много и в другом: за жизнь набралось около полутора сотен работ — драмы, сериалы, эпизоды у самых разных режиссёров.
Народного артиста России ему дали в две тысячи девятом.
Умер Алексей Булдаков третьего апреля две тысячи девятнадцатого года — во сне, в гостинице в Улан-Баторе, куда приехал по делам. Причиной назвали оторвавшийся тромб. Ему было шестьдесят восемь.
Прощание собрало столько людей, сколько собирают не всегда и при жизни.
И почти каждый, кто говорил в тот день, вспоминал одно и то же: что в кадре он играл начальника, а в жизни был человеком, который в любой компании первым шёл ставить чайник.
