Работал Сергей в мастерской через два двора.
Двадцать минут пешком, если не спешить. Пятнадцать, если идти нормальным шагом.
При этом выходил он в шесть двадцать и садился на автобус до вокзала, а там пересаживался на второй, который вёз его обратно в район — с другой стороны.
Полтора часа вместо двадцати минут. Каждый рабочий день.
Марина спрашивала. Он отвечал, что так удобнее: пока едет, читает.
Объяснение держалось года три. Потом она перестала спрашивать, потому что муж от этих вопросов мрачнел.
В апреле она поехала следом.
Первый автобус, вокзал, пересадка, второй автобус. На остановке у больницы Сергей вышел.
Марина шла за ним по двору и всё ждала, что сейчас увидит то, чего видеть не хочет.
Он зашёл не в больницу, а в приземистое здание рядом — хоспис.
Внутри у него, как выяснилось потом, был пропуск, а на вахте его знали по имени.
Он поднялся на второй этаж, зашёл в палату и сел рядом с мужчиной лет семидесяти. Тот спал. Сергей просидел так двадцать минут, потом поправил одеяло и пошёл на работу.
Дома вечером Марина спросила прямо.
Оказалось, это его первый бригадир, Виктор Палыч. Тот, кто взял его в мастерскую в девяносто восьмом без опыта, учил три года и однажды прикрыл, когда Сергей по глупости запорол дорогой заказ.
Родных у бригадира не осталось. В хоспис он попал в позапрошлом году.
Сергей ездит к нему каждое утро перед сменой. Двадцать минут. Иногда тот в сознании, иногда нет.
Марина спросила, почему нельзя было просто сказать.
Он ответил, что боялся: скажешь вслух — и получится, будто хвастаешься.
С мая они ездят вдвоём по субботам.
История основана на реальных жизненных ситуациях. Имена, места и детали изменены.
