В Вестминстерском аббатстве, где коронуют английских королей, туристы иногда останавливаются не у надгробий и не у витражей, а смотрят себе под ноги. Там, в каменном полу, лежат чугунные крышки смотровых колодцев. На них отлито название лондонской фирмы: T. Crapper & Co. Люди фотографируют эти крышки и рассказывают друг другу, что вот он, тот самый человек, который изобрёл унитаз.
Это неправда. Томас Краппер унитаза не изобретал. Патента на смывной туалет у него не было ни одного, а сама идея старше его почти на три века.
Зато правда в другом. Сын речного капитана из маленького йоркширского городка стал поставщиком принца Уэльского, получил грамоты поставщика королевского двора, придумал выставлять сантехнику в витрине, как выставляют шляпки и перчатки, и держал в Челси мастерскую, где работали больше двух десятков человек. Умер он в 1910 году известным в своём ремесле, но совсем не знаменитым. А знаменитым его сделала книга, вышедшая через 59 лет после его смерти. Её написал юморист, и в ней было полно выдумок.
Так человек, который честно делал своё дело, прославился чужим изобретением. А потом читатели и вовсе засомневались, жил ли он на свете.
Пароходик на реке Дон
Точная дата рождения Томаса Краппера неизвестна. Известна дата крещения: 28 сентября 1836 года, церковь Святого Николая в Торне. Торн стоит в Йоркшире, на равнине, где реки текут медленно и широко, а по воде тогда возили и уголь, и зерно, и людей.
Семья жила у пристани, в части городка, которую называли Уотерсайд, то есть «у воды». Отец, Чарльз Краппер, был моряком, а по данным лондонской Почтенной компании водопроводчиков, капитаном парохода. Его колёсный пароходик ходил по реке Дон между Уотерсайдом и Халлом. Мать звали Сара. Старшие братья тоже пошли по водной части: Роберт стал моряком, Джеймс лодочником. Младших было ещё несколько.
Мальчик, выросший у пристани, видел, как устроены вещи, которые должны держать воду. Лодки, бочки, шлюзы, насосы. Но это уже домысел. Сам он об этом никаких воспоминаний не оставил.
Пешком через пол-Англии
Дальше в его биографии начинается самый трогательный эпизод. И, увы, самый сомнительный.
Во многих книжках и статьях рассказано так: в одиннадцать лет Томми ушёл из дома и пешком отправился в Лондон искать работу. Шёл он один, с узелком, через всю Англию, ночевал где придётся. А в Лондоне его взял в ученики мастер-водопроводчик из Челси.
История красивая, прямо из Диккенса. Только почти всё в ней, судя по документам, неправда.
Происходит она из книги Уоллеса Рейберна «Flushed with Pride», вышедшей в 1969 году. Название по-английски двусмысленное: это и «раскрасневшийся от гордости», и намёк на смыв. О ней ещё будет отдельный разговор. Историки, которые потом взялись проверять Рейберна по архивам, нашли перепись населения 1851 года. По ней Томас в четырнадцать лет всё ещё жил в Торне и ходил в школу. А семья капитана парохода была не настолько бедной, чтобы ребёнку приходилось уходить из дома пешком. Если он и добирался до Лондона, то, вероятнее всего, по воде: у отца и родни были дела в судоходстве.
Мастер-водопроводчик из Челси, к которому он поступил, тоже нашёлся. Это был не чужой добрый человек, а родной старший брат, Джордж Грин Краппер.
Чердак у брата
Джордж уже несколько лет жил в Лондоне и держал своё дело на Роберт-стрит в Челси. Он был мастером, у него работали люди. В 1853 году он взял младшего брата в ученики. По рассказам биографов, Томасу отвели комнатку на чердаке братниного дома.
Сколько ему было лет, источники считают по-разному: одни пишут, что шестнадцать, другие, что четырнадцать. Если верить дате крещения, осенью 1853-го ему исполнилось бы семнадцать. Так что в Лондон он приехал уже подростком, а вовсе не малышом с узелком.
Слово «водопроводчик» по-английски звучит как plumber и происходит от латинского plumbum, свинец. Трубы тогда гнули из свинцовых листов и паяли вручную, на огне. Ученик таскал инструмент, топил свинец, держал горячую трубу щипцами и смотрел, как мастер делает шов, который потом не должен потечь десятки лет.
Учёба продлилась три года. Потом ещё несколько лет Томас работал подмастерьем, то есть уже наёмным мастером, но пока на чужих хозяев.
Лондон в те годы много думал о трубах. Летом 1858 года Темза так прогрелась и так пахла, что газеты назвали это лето Великим зловонием. После этого город начал строить большую систему подземной канализации. Работы для водопроводчиков становилось всё больше, а хорошие мастера ценились всё выше.
Своё дело
26 июля 1860 года Томас Краппер обвенчался в церкви Святой Троицы в Челси. Невесту звали Мария Грин. Она приходилась ему двоюродной сестрой, и знали они друг друга с детства. Обоим было по двадцать три года. Молодые поселились в доме номер 3 на Марлборо-коттеджес, в той же части Челси.
Через год, в 1861-м, Томас открыл собственное дело. Он называл себя санитарным инженером: так в Англии тогда стали величать водопроводчиков, которые не просто паяют трубы, а проектируют, как в доме будут устроены вода, стоки и вентиляция. При мастерской была своя латунная литейня. Краны, вентили, муфты он отливал сам.
Вскоре в семье родился сын, Джон Грин Краппер. По данным биографов, мальчик умер в 1863 году, не дожив и до двух лет.
К 1866 году хозяйство разрослось. Краппер занял три соседних дома на Марлборо-роуд, номера 50, 52 и 54, и назвал их «Марлборо-уоркс», то есть «Марлборские мастерские». Сегодня эта улица называется Дрейкотт-авеню, и по ней ходят покупатели дорогих бутиков Челси.
В начале 1870-х, по данным Почтенной компании водопроводчиков, у Краппера работали двенадцать мужчин и двенадцать мальчиков-учеников. Сам он к тому времени жил с женой на Миддлтон-роуд.
Появился у него и компаньон. Роберт Марр Уорэм был сыном Джозефа Уорэма, старого йоркширского друга Томаса. Краппер разбирался в трубах, а Уорэм в бумагах: он взял на себя счета, договоры и деньги фирмы. Этот союз переживёт их обоих.
Витрина, у которой ахали дамы
Сохранилась старая фотография «Марлборо-уоркс». Длинное двухэтажное здание, по всему фасаду крупные буквы: «Санитарные инженеры-изготовители», а над ними королевский герб и надпись «По назначению». Ниже вывеска: «Т. Краппер, торговец свинцом, литейщик латуни и изготовитель патентованных ватерклозетов». У входа выстроились рабочие в длинных фартуках. А в арочном окне на полках стоят в несколько рядов белые фаянсовые чаши.
Вот это и было его настоящим изобретением.
В викторианской Англии о таких вещах вслух не говорили. Ванную комнату строили, но обсуждать её устройство в приличном обществе считалось неловким. Сантехнику обычно заказывали по каталогу, по картинке, и покупатель нередко впервые видел свою раковину, когда её уже везли в дом.
Краппер решил иначе. Он выставил товар на виду, за большими зеркальными стёклами, как выставляют шляпки, ткани и перчатки. Покупатель мог прийти, посмотреть, потрогать фаянс, сравнить два бачка. Фирма, которая продаёт Краппера и сегодня, датирует открытие этого первого салона сантехники 1870 годом.
Дальше начинается легенда. Рассказывают, что дамы, проходившие мимо витрины, при виде фаянса в окне падали в обморок. Свидетельств этих обмороков нет, и даже те, кто пересказывает историю, подают её как легенду. Но сама легенда хорошо передаёт, насколько смелой казалась витрина с ватерклозетами в те годы.
Иногда пишут, что салон стоял на Кингс-роуд, главной улице Челси. На Кингс-роуд фирма действительно переедет, но позже, в 1907 году, и это будет уже другая история. По данным самой фирмы, первая витрина была на Марлборо-роуд, в двух шагах оттуда.
Что он придумал на самом деле
Изобретателем Краппер всё же был. Только изобретал он не то, что ему потом приписали.
За жизнь он получил девять патентов, с 1881 по 1896 год. Четыре из них касались канализационных стоков, один крышек смотровых колодцев, один соединения труб. И три были на усовершенствования ватерклозета.
Первый патент, 1881 года, был на вентиляцию домашней канализации. Звучит скучно, но в то время это был вопрос здоровья: из плохо устроенных стоков в комнаты шёл тяжёлый воздух, и врачи всерьёз считали его причиной болезней. В 1888 году Краппер запатентовал улучшенный сифон для стока, а в 1893-м ватерклозет, который приводился в действие ножной педалью.
Многие источники приписывают ему ещё и поплавковый клапан в бачке, тот самый шар на рычаге, который перекрывает воду, когда бачок наполнился. Английская Википедия называет его одним из усовершенствований Краппера. А в Вестминстерском аббатстве, где лежат чугунные крышки с его фамилией, фирма, по данным гильдии водопроводчиков, работала уже в 1880-х.
Как фирма сама себя представляла, видно по газетному объявлению. 30 апреля 1887 года в «Вест-Лондон обсервер» вышла реклама: «Т. Краппер и Ко, патентообладатели и изготовители санитарных приборов». Дальше шёл список: улучшенный аппарат ватерклозета, улучшенные герметичные крышки для стоков, улучшенные сифонные бачки. Иллюстрированный каталог и прейскурант высылались по запросу.
В каждой строке повторяется одно и то же слово. Не «первый», не «изобретённый нами», а «улучшенный». Так честно и выглядела его работа: взять вещь, которая уже существует, и сделать так, чтобы она меньше текла, меньше пахла и дольше служила. Для викторианского дома это было совсем не мелочью. Протёкший бачок портил потолок у соседей снизу, а плохо устроенный сток мог отравить воздух во всём доме.
Над смывом он тоже работал. Но первым он не был, и это сейчас важно.
Тридцать уборных для принца
В 1880-х годах о мастерской на Марлборо-роуд узнали во дворце. Принц Уэльский Альберт Эдуард, наследник королевы Виктории, обустраивал своё загородное имение Сандрингем в Норфолке. Большой новый дом там уже стоял, и теперь в нём меняли всю «внутреннюю» часть: воду, стоки, уборные.
Работу поручили фирме Краппера. По данным самой фирмы, королевский двор пригласил её в 1886 году заменить в Сандрингеме сантехнику и дренаж. Английские источники пишут, что фирма поставила туда тридцать уборных с сиденьями и панелями из кедрового дерева. Кедр в те времена ценили как дерево, которое не боится сырости.
За эту работу Краппер получил свой первый королевский ордер. Так в Англии называют грамоту поставщика двора: фирма имеет право писать на вывеске «По назначению» и ставить рядом королевский герб. Тот самый герб, который виден на старой фотографии «Марлборо-уоркс».
Ордер был не последним. В 1892 году в Сандрингеме случился пожар, дом отстраивали, и фирма снова поставляла туда ванные и уборные. Работала фирма и в Виндзорском замке, и в Букингемском дворце. Когда принц Уэльский стал королём Эдуардом VII, ордер подтвердили, а позже свой ордер дал и Георг V. Всего, по данным фирмы, их было четыре.
Мальчик из Торна, чей отец водил пароходик до Халла, стал человеком, к которому за советом по трубам обращались в королевском доме. В его ремесле это была высшая точка, выше просто некуда.
Кто же изобрёл унитаз
Вот здесь пора вернуться к мифу.
Смывной туалет придумали задолго до Краппера. В 1596 году английский придворный Джон Харингтон, крестник королевы Елизаветы Первой, устроил у себя в доме уборную с бачком и смывом и даже описал её в книге. Устройство вышло удачным, но в моду не вошло, и о нём надолго забыли.
В 1775 году лондонский часовщик Александр Камминг получил патент на ватерклозет с изогнутой трубой под чашей. В изгибе всегда стоит вода, и она не пускает запах из стоков обратно в комнату. Через три года, в 1778-м, изобретатель Джозеф Брама запатентовал свой, более надёжный вариант с клапаном. Тогда Томасу Крапперу до рождения оставалось почти шестьдесят лет.
Даже сифонный бачок, который потом стали связывать с его именем, ему не принадлежал. Многие историки сантехники называют автором этой конструкции другого мастера, Альберта Гиблина. По данным английской Википедии, патент номер 4990, на который ссылалась одна из реклам фирмы Краппера, был выдан именно Гиблину. В 1900 году фирма выпустила бачок под каталожным номером 814 с длинным названием «Бесклапанный предохранитель от перерасхода воды». Его считают предком сифонных бачков, которые стоят в квартирах до сих пор.
Так что Краппер был не изобретателем унитаза, а мастером, который его улучшал, продавал и ставил. Хорошим мастером. Но и только.
Тихая старость в Анерли
В 1902 году умерла Мария, с которой он прожил больше сорока лет. Через два года, в 1904-м, Томас отошёл от дел. Ему было под семьдесят. Фирму он передал двоим: племяннику Джорджу Крапперу и компаньону Роберту Уорэму.
Последние годы он прожил в южном пригороде Лондона, в Анерли, в доме номер 12 по Торнсетт-роуд. В 1907 году его наследники купили дом 120 на Кингс-роуд, недалеко от Слоун-сквер, и открыли там большой фирменный салон. Сам Томас в этой затее уже не участвовал.
Томас Краппер умер 27 января 1910 года после болезни. Ему было семьдесят три года. Похоронили его на кладбище Элмерс-Энд в Бекенхэме, недалеко от дома.
Для своего времени это была обычная судьба уважаемого мастера: поставщик двора, владелец солидной фирмы, хороший дом в пригороде. Ещё полвека его имя знали только сантехники да те, кто случайно смотрел под ноги в аббатстве.
Шутник из Новой Зеландии
В 1969 году в Лондоне вышла тоненькая книжка «Flushed with Pride: The Story of Thomas Crapper», «История Томаса Краппера». Автором был Уоллес Рейберн, журналист и юморист родом из Новой Зеландии. До этого он писал о регби и выпускал смешные книжки.
Рейберн подал жизнь Краппера как жизнеописание великого изобретателя. Он рассказал, как одиннадцатилетний мальчик шёл пешком в Лондон. Он объявил Краппера создателем смывного унитаза. Он даже написал, что королева Виктория сделала его рыцарем. Ничего этого не было: рыцарского звания Краппер не получал, а унитаз, как уже ясно, изобрели до него.
Читать книжку было весело. Она была полна каламбуров, и стиль у неё был нарочно торжественный, как у серьёзной биографии. Многие читатели приняли её за чистую монету. Цитаты из неё стали переходить в журналы, в сборники «удивительных фактов», а потом и в интернет. Книжку, кстати, переиздают до сих пор.
А через два года, в 1971-м, Рейберн выпустил ещё одну биографию в том же духе. На этот раз про человека, который будто бы изобрёл бюстгальтер. Только этого изобретателя не существовало вовсе: Рейберн выдумал его от начала до конца, включая имя.
После этого с Краппером случилась самая странная часть его посмертной судьбы. Раз один «великий изобретатель» у Рейберна оказался выдумкой, многие читатели, как пишут историки, стали подозревать, что и второй тоже. Нашлись люди, уверенные, что никакого Томаса Краппера не было, а фамилию юморист сочинил для смеха. Лондонские водопроводчики до сих пор называют сомнения в его существовании одним из главных мифов о нём.
Получилось удивительно. Реальному мастеру приписали изобретение, которого он не делал. А потом, из-за того же автора, усомнились в том, что он вообще жил.
Поставить всё на место пришлось историкам. Они подняли перепись, церковные книги, патентные реестры, старые газеты. Нашлась запись о крещении в Торне. Нашлась свадьба в Челси. Нашлись девять патентов, реклама фирмы в лондонской газете 1887 года и ордеры королевского двора. Томас Краппер существовал. Просто был он совсем не тем, кем его сделала книжка.
Фирма, которая вернулась домой
Фирма пережила своего основателя надолго. Роберт Уорэм и племянник Джордж вели её из салона на Кингс-роуд. В 1937 году Марлборские мастерские продали, а здание на Кингс-роуд расширили под цех и склад.
В 1960-х фирма сменила хозяев: её купили конкуренты, компания «Джон Болдинг и сыновья». Салон на Кингс-роуд закрыли, здание продали. В 1969 году, в том самом году, когда вышла книжка Рейберна, разорилась и сама компания Болдинга. Название «Томас Краппер и Ко» почти тридцать лет никому не было нужно.
В конце 1990-х его выкупил предприниматель Саймон Кирби. Он наладил выпуск ванн, раковин и бачков по старым викторианским и эдвардианским образцам. По данным самой фирмы, в 2011 году, перед королевской свадьбой, унитаз и раковину Краппера поставили в Вестминстерском аббатстве, том самом, где лежат старые чугунные крышки.
А в 2016 году фирму купила семейная компания из Йоркшира. Сейчас «Томас Краппер и Ко» работает в Хаддерсфилде. Это тот же Йоркшир, где когда-то у пристани в Торне рос сын капитана речного пароходика.
Что осталось
Каждый год 27 января, в годовщину его смерти, английские сантехники и любители истории отмечают День Томаса Краппера. Почтенная компания водопроводчиков, старинная лондонская гильдия мастеров этого ремесла, пишет о нём статьи и терпеливо повторяет одно и то же: унитаз он не изобретал.
От него остались не легенды, а вещи. Чугунные крышки в аббатстве. Фаянс с клеймом фирмы в старых домах, музеях и на кораблях. Девять патентов. Старая фотография, где в арочном окне на полках стоят белые чаши, а у дверей выстроились мастера в фартуках.
И ещё одна привычка, которую никто уже не связывает с его именем. Когда покупатель заходит в салон, проходит между выставленными ваннами и раковинами, трогает фаянс, сравнивает два крана и выбирает тот, что понравился, он делает ровно то, что впервые предложил ему Томас Краппер в 1870 году на Марлборо-роуд.
