Представьте, что вы нашли на камне посреди австралийского буша аккуратный кубик со сторонами по паре сантиметров. Ровные грани, почти прямые углы. Первая мысль: кто-то обронил игральную кость. Вторая мысль приходит, когда таких кубиков рядом обнаруживается целая горка. И вот тут становится не по себе, потому что это не игрушка. Это помёт вомбата — единственного зверя на планете, у которого он выходит квадратным.
Сам вомбат на диверсию не похож совсем. Приземистый, лохматый, с короткими лапами и мордой, в которой смешались медвежонок и поросёнок. Днём он спит в норе, ночью пасётся на траве и кореньях, роет землю мощными когтями. Милейшее существо ростом с крупную собаку. И при всей этой безобидности он ухитрился отколоть фокус, который биологи не могли объяснить десятилетиями.
Загвоздка вот в чём. Кишечник у любого животного — это труба. Круглая. Выход тоже круглый. Откуда в круглой трубе взяться углам? Логика подсказывает, что помёт должен получаться колбаской или шариками, как у всех остальных. У кроликов, оленей, коз — горошины. У собаки — колбаска. А у вомбата — кубики, будто их кто-то отливал в формочке. Годами это оставалось загадкой, над которой пожимали плечами даже те, кто вомбатов изучал всю жизнь.
Разгадку нашли совсем недавно. В 2019-м команда исследователей получила за неё Шнобелевскую премию по физике — ту самую награду, которая сперва вызывает смех, а потом заставляет всерьёз задуматься. Учёные добыли кишечники вомбатов, погибших на дорогах, надували их, как воздушные шарики, и измеряли, где стенка тянется легко, а где упирается.
Оказалось, весь секрет — в неоднородности стенок. Ближе к концу кишечника они устроены неровно: одни участки эластичные и растягиваются охотно, другие жёсткие и почти не поддаются. А теперь добавьте сюда фирменную неторопливость вомбата. Еда идёт через него мучительно долго — раза в четыре дольше, чем через нас, около двух недель. За такой срок из неё выжимается почти вся влага, и к финишу остаётся плотный, подсохший комок.
Дальше — чистая физика. Пока этот сухой ком медленно ползёт через чередующиеся мягкие и твёрдые зоны, его то стискивает, то отпускает. Толчок за толчком, сжатие за сжатием — и на податливой массе постепенно продавливаются ровные грани. Никакого квадратного отверстия на выходе нет и в помине. Кубик лепится заранее, внутри, самим ритмом кишечника. Тело работает как терпеливый гончар, только вместо рук у него мышцы.
Остаётся последний вопрос: зачем вообще природе так стараться ради формы помёта? Ответ прячется в повадках зверя. Вомбат — собственник, он метит территорию и оставляет метки на видных местах: на валунах, брёвнах, пеньках, на всём, что повыше и заметнее для соседа. И вот тут форма решает всё. Круглый катышек скатился бы с камня в траву и потерялся бы в первую же ночь. А кубик лежит ровно там, куда его положили, и никуда не денется. Квадрат просто не умеет катиться — в этом вся хитрость.
Занятно, что природа обычно острых углов избегает. Всё живое тянется к обтекаемому: капли круглые, яйца овальные, галька гладкая. Углы стачиваются, ломаются, мешают. А тут эволюция вдруг сделала исключение и не прогадала ни на грамм. Так что в следующий раз, встретив упоминание про зверя, который какает кубиками, знайте: это не байка из интернета. Это маленький австралийский увалень, который решил задачу по геометрии способом, до которого не додумался бы ни один инженер.
